Мир Психологии
Главная Биржа труда Психологический чат Психологический форум
Правила общения div FAQ div Поиск div Пользователи div Группы div Регистрация div Вход
Имя: Пароль: Автоматически входить при каждом посещении
Психологический форум arrow Философские вопросы arrow Книги от Софьи

Книги от Софьи
На страницу Пред.  1, 2, 3 ... 509, 510, 511 ... 516, 517, 518  След.
Начать новую тему   Ответить на тему
Автор Сообщение
Sopheeya1984
Пользователь
Сообщения: 7738
Регистрация: 13.09.2012
Откуда: Москва
СообщениеДобавлено: Пн Ноя 13, 2017 05:52 Ответить с цитатой

Сахасрара-чакра (седьмая чакра)
(Существенные для практики иллюстрации - см. в оригинале книги)

Значение названия чакры: "Тысячелепестковая". Ее называют также шунъя-чакрой ("пустотной") или нираламбапури-чакрой ("обителью без опор").
Местоположение: макушка черепа; церебральное сплетение. Сома-чакра и камешвара-чакра входят в состав сахасрары.
Форма Янтры: Круг, подобный полной луне. В одних текстах эта янтра именуется пурна-чандрой ("полной луной"), а в других - ниракарой ("лишенной формы"). Круг является центром лотоса с тысячей лепестков, окрашенных во все цвета радуги.
Биджа звуки на лепестках: все чистые звуки санскрита от А до КША, включая все гласные и все согласные. Они записаны на лепестках в определенном порядке.
Лока (план существования): сатья-лока, план истины и реальности.
Планета-управитель: Кету.
Основной биджа звук: Висарга (особый придыхательный звук фонетики санскрита. Гортанный глухой X. В конце слова висарга сохраняет призвук предшествовавшего согласного, например: НАМАХа, ШАНТИХи).
Носитель биджи: Бинду - точка над полумесяцем.
Движение биджи: совпадает с движением бинду.
Божество: Внутренний Гуру.
Шакти: Чайтанья. В некоторых текстах упоминаются Параматма или Маха-шакти.
Планы, охватываемые сахасpapa-чакрой: Йог, достигший осознания уровня 7 чакры, воспринимает следующие планы существования:
• План света (теджас-лока). Теджас означает "свет", огонь или то, что видимо в своей тончайшей сущности. Йог становится лучистым, как солнце. Его аура непрерывно испускает лучезарное сияние.
• План первичных вибраций (омкара-лока). Бесконечно длящимся первозвуком является АУМ (или OМ). На этом плане йог постигает частоту АУМ.
• Газообразный план (вайю-лока). Йог обретает власть над праной, которая становится настолько тонкой (сукшма), что говорят, что вся прана его организма занимает "размер пальца" (ангуштха-матра). Если поднести к носу йога зеркальце, на нем не окажется никаких следов дыхания.
• План позитивного интеллекта (субуддxи-лока). Оценочные суждения или двойственное восприятие должны быть уравновешены, иначе в разуме может возникнуть отрицательный интеллект (дурбуддхи).
• План счастья (сукха-лока) проявляется при правильном равновесии тела, души и разума.
• План бездеятельности (тамас-лока) может проявиться после того, как йог достигает состояния блаженства лишь для того, чтобы прекратить любые действия; когда такой йог переходит в состояние самадхи, его физическое тело становится совершенно неподвижным.

Эффекты от медитации: сахасрара-чакра дарует бессмертие. Не достигнув этой чакры, йог не способен перейти в бессознательное состояние сознания под названием асампраджнята-самадхи. В этом состоянии нет ни деятельности разума, ни познающего, ни знания, ни того, что можно было бы познавать; познание, познающий и познанное становятся единым и освобожденным. Самадхи представляет собой чистое блаженство полной бездеятельности. Вплоть до достижения 7 чакры йог способен входить в транс, в котором сознание по-прежнему поддерживает деятельность или форму. В сахасрара-чакре прана движется вверх и достигает высочайшей точки. Разум утверждает себя в чистой пустоте шунья-мандалы, пространства между двумя полушариями. В этот миг все ощущения, эмоции и желания, которые представляют собой результаты деятельности разума, растворяются в своей изначальной причине - наступает Единение, и йог погружается в сатчитананду, "истину – бытие - блаженство". Он становится собственным подлинным "Я" и до тех пор, пока остается в своем физическом теле, сохраняет недвойственное сознание, наслаждается игрой бытия, лилой, не подвергаясь влиянию удовольствий и страданий, почестей и унижений.

Когда кундалини достигает сахасрара-чакры, исчезает иллюзия индивидуального "я". Йог становится просветленным, единым с теми космическими принципами, которые управляют всей вселенной его организма. Он обретает все сиддхи (способности), поднимается к сома-чакре и встречается с исполняющей желания коровой Камадхену, обитающей в нем самом. Он достигает уровня сиддха, однако теперь оказывается выше стремления высказывать какие-либо желания.
Согласно шастрам, сахасрара является обителью обладающей собственным сиянием души, или читты - сущности бытия. Здесь читта подобна экрану, на котором отражается космическое "Я", а в нем - все божественное. В присутствии космического "Я" каждый способен ощутить божественное и во всей полноте осознать божественность в самом себе.

Глава 4. Чакры, перерождение и духовность

Духовность представляет собой пробуждение Божественности в сознании. Это высшее достижение развития сознания в человеческом воплощении, освобождающее сознание от западни разума и тела. Такая свобода достигается в постепенном процессе преображения чувствующего сознания (разума).
Преобразуя свое чувствующее сознание, он может освободиться от рабства разума, вожделения, алчности, неуправляемых мыслей и внутреннего диалога. Благодаря изменению воспринимающего сознания он способен пережить иной аспект своего существования, в котором разум полностью отстраняется от мира ощущений и не думает, не желает, не высказывает свою волю. В этом аспекте человеческая "самость" растворяется в высшем сознании, а человек покидает цикл рождения и смерти.
Эго-сознание подталкивает разум к непрерывным поискам удовольствия, а приносящий наслаждение опыт развивает в разуме чувственное сознание. В результате разум начинает блуждать и теряет центр сосредоточенности. "Лишенный центра" разум оказывается в ловушке предметов мира ощущений, который представляет собой игру элементов и гун. Замутненный разум - блуждающий разум, подвластный желаниям, - сковывает человека, и если человек не очищает его путем постоянной практики сосредоточенности в сочетании с мантрой, его эго-сознание сохраняется даже после того, как он расстается с физическим телом.

_________________
Не важно, что написано. Важно, как понято.
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение Посетить сайт автора
Sopheeya1984
Пользователь
Сообщения: 7738
Регистрация: 13.09.2012
Откуда: Москва
СообщениеДобавлено: Пн Ноя 13, 2017 08:08 Ответить с цитатой

Приложение. Индуистские священные писания о различных ступенях йоги

Йога
Состояние полной поглощенности сознания, вне любого знания, является йогой. "Акшья-упаниимда"
Йога приносит состояние глубокого сосредоточения. "Шардатилака"
Йог достигает йоги только в сверхсосредоточении. "Рудраямала-тантра"
Развивая невозмутимость разума, возвышаясь над всеми противоположностями мира и тела-сознания, возможно осознать того, кто являет собой чистое бытие, неизменное, пребывающее вне разума и речи, единственную истину в преходящем мире разума – силы - материи. В йоге этот Брахман непосредственно осознается в нирвикальпа-самадхи. "Маханирвана-тантра"
Йога есть контроль над вритти (видоизменениями) разума. "Шандилья-упанишада"
Асана (поза)
Тело надлежит приучать без неудобства и боли оставаться в неподвижном состоянии в течение долгого времени. "Надабинду-упанишада"
В самадхи все ощущения прекращаются, а тело остается неподвижным, словно кусок дерева. "Надабинду-упанишада"
Три мира покоряются тому, кто мастерски овладел позами тела.
"Тришикхибракмана-упанишада"
Для очищения тела и достижения успеха в йоге совершенно необходима правильная поза. "Рудраямала-тантра"
Поза помогает успокоить разум. "Тантрараджа-тантра"
Практика поз избавляет тело от недугов и делает его устойчивым. "Грахаямала-тантра"
Йогу надлежит использовать свое тело как нижний кусок дерева, а пранаву (АУМ) - как верхний кусок дерева, и тереть одним о другое до тех пор, пока не возгорится пламя осознания и йог не осознает высшее бытие. "Шветашватара-упанишада"
Когда йог обретает тело, очищенное огнем йоги, он становится свободным от тлена и недугов, юность его продлевается и живет он долго. Тогда ощущает он возвышенные ароматы, вкусы, зрелища, прикосновения и звуки. "Шветашватара-упанишада"
Будучи освоенной, асана способна уничтожать болезни. Если не можешь овладеть всеми асанами, овладевай одной, но добейся в ней полного удобства. "Шандилья-упанишада"

Пранаяма (управление дыханием)
Есть две причины, принуждающие разум блуждать: васаны - желания, вызванные скрытыми впечатлениями чувств, - и дыхание.
Если одно покоряется, то и другое само по себе поддается управлению. Из этой пары прежде следует овладевать дыханием.
"Йогакундалья-упанишада"
Процесс дыхания вызывает в разуме образы. Когда дыхание успокаивается, успокаивается и разум.
"Йогакундалья-упанишада"
Контроль над дыханием приводит как к физическому, так и к умственному развитию.
"Вараха-упанишада"
Когда нади прочищены с помощью нади-шодхана-пранаямы, прана с силой входит в сушумну и разум успокаивается.
"Шандилья-упанишада"
Сначала прими позу йоги (асану); держи тело прямым, взор устреми в одну точку, расслабь челюсти, чтобы верхние зубы не касались нижних. Поверни язык назад. Используй запечатывание подбородка (джаландхара-бандху) и с помощью правой руки дыши через любую ноздрю по своему выбору; сохраняй неподвижность тела и легкость разума. Затем приступай к пранаяме.
"Тришикхибрахмана-упанишада"
Сперва выдохни воздух из легких через правую ноздрю, прикрыв левую пальцами правой руки. Затем сделай вдох левой ноздрей; затем задержи дыхание; затем выдохни через правую ноздрю.
"Тришикхибрахмана-упанишада"
Благодаря пранаяме усмиряется волнение праны и успокаивается разум.
"Гандхарва-тантра"
Посредством пранаямы устраняется внутренняя загрязненность. Это лучшая практика йоги. Без нее освобождение невозможно.
"Гандхарва-тантра"
Регулярная практика совершенно необходима. Без пранаямы йога невозможна.
"Рудраямала-тантра", часть 2, 17:40 -43

Пратьяхара (отстраненность)
Органы чувств и действия должны отстраняться от манаса (ощущающего разума), а манас должен погрузиться в джнянатман (сознание).
"Катха-упанишада"
Чувства следует контролировать волей, пребывающей в хрите (лотос с 8 лепестками в сердечной чакре, то есть ананда-канда, или духовное сердце).
"Шветашватара-упанишада"
Посредством сосредоточенного разума чувства следует покорять в самом их источнике - в чакрах.
"Тришикхибрахмана-упанишада"
Разум следует отстранять путем последовательного сосредоточения при выполнении кумбхаки (приостановки дыхания) на 18 адхарах (жизненно важных точках) в следующем порядке: большой палец ноги, лодыжка, икра, колено, бедро, анус, половые органы, область брюшины, пупок, сердце, запястье, локоть, шея, кончик носа, глаза, глубинная часть нёба, межбровье и лоб.
"Даршана-упанишада"
Дыхание следует приостанавливать путем сосредоточения, переносимого последовательно на следующие точки: корни зубов, шею, грудь, пупок, основание позвоночника, муладхару (район копчика), бок, бедро, колено, икру и большой палец ноги. Древние йоги называли это пратьяхарой.
"Даришна-упанишада"
Пратьяхара представляет собой отстранение чувств от объектов, отношение к ощущаемым образам как к Богу, отрешение от плодов действий, отвращение от всех предметов и сосредоточенное удерживание внимания на 18 адхарах в следующем, восходящем и нисходящем порядке: стопа, большой палец ноги, лодыжка, икра, колено, бедро, анус, половые органы, пупок, сердце, шея, гортань, нёбо, ноздри, глаза, межбровье, лоб и голова.
"Шандияья-упаниишда"
Блуждания разума вызываются желаниями; когда желания покоряются посредством пратъяхары, разум становится неподвижным и сосредоточивается на Боге.
"Рудраямала-тантра"
Разум, связанный с чувствами и их объектами, неудержим, жесток, неуправляем и не желает подчиняться; его отстранение с помощью силы воли именуется пратьяхарой. Практика пратьяхары приносит йогу спокойствие и способность глубокого сосредоточения.
"Рудраямала-тантра"
При кумбхаке (приостановке дыхания) разум должен быть сосредоточенным; начиная с муладхары, шаг за шагом, к другим чакрам - вот что называют пратьяхарой.
"Тантрараджа-тантра"

Дхарана (сосредоточение)
Дхарана - удержание божественного духа в сознании в ходе сосредоточения.
"Амританада-упанишада",
Отстранение сознания от сферы восприятия и удержание его в сфере сверхсознания является дхараной.
"Мандалабрахмана-упанишада",
Дхарана бывает 3 типов:
1) сохранение сосредоточенности на божественном аспекте самого себя;
2) сохранение сосредоточенности на акаше ( пустоте) в центре хрит (духовном сердце внутри анахата-чакры, лотосе с 8 лепестками);
3) сохранение сосредоточенности на божественных формах: Брахме, Вишну, Ишана-Шиве (Ишана - энергия откровения)
"Шандилья-упаниимда",
Что бы ни видели глаза, ни слышали уши, ни обонял нос, ни вкушал язык, ни осязала кожа - все это следует считать божественной сущностью. Так следует превращать объект восприятия в божественную сущность и удерживать его в сознании.
"Йогататтва-упанишада",
Удержание в сознании определенных жизненно важных точек при задержке дыхания называется дхараной.
"Прапаньчасара-тантра",
Сосредоточение на 6 тонких центрах и кундалини именуется дхараной.
"Рудраямала-тантра",
Сосредоточенность на полной божественной форме есть дхъяна (медитация), а сосредоточенность только на одном ее аспекте является дхараной.
"Бхуташуддхи-тантра"

Дхьяна (медитация)
Высшая сущность открывается только в дхъяне. Дхьяна (подлинная медитация) возможна лишь тогда, когда сознание одухотворено чистотой знания о себе.
"Мундака-упаншшда",
Дхьяна представляет собой сосредоточенность на божественной сущности - недвижимой, лучезарной, чистой и блаженной, пребывающей в центре хрит (духовном сердце).
"Кайвалъя-упанишада",
Сосредоточение на обобщенной форме Бога, осознанной путем сосредоточения на мантре, и последующее сосредоточение на Боге, лишенном формы, является дхьяной.
"Даршана-упанишада",
Когда сосредоточение достигает уровня недвойственного сознания (видения высшей сущности в каждой частичке мира), наступает дхъяна.
"Мандалобрахма-упанишада",
Дхъяна заключается в беспрерывном удержании образа божества в сознании.
"Прапаньчасара-тантра",
Дхъяна представляет собой сосредоточение на форме божества мантры.
"Куларнава-тантра",

Самадхи
Состояние, когда сознание пребывает в сосредоточении и озаряется божественным светом, когда оно лишено какого-либо стремления, - такое состояние сверхсознания называют самадхи.
"Аннапурна-упанишада",
Посредством контроля над чувствами, покорения желаний, сосредоточения и воздержания йог достигнет самадхи. В самадхи вся любовь направляется к высшему существу; человек полностью увлекается и поглощается Им, испытывая в Нем совершенное блаженство. В самадхи йогу открывается знание, заключенное в слове-форме ОМ (пранаве).
"Нрисимхатапанья-упанишада",
Непрерывный поток сознания в форме Брахмана, высшей сущности, в которой растворяется самость, именуется сампраджнята-самадхи. Это достигается долговременной практикой дхьяны.
"Муктика-упанишада",
следует удерживать сознание в глубоком сосредоточении на высшей сущности.
"Адхьятма-упанишада",
Самадхи есть такое состояние, в котором сознание пребывает только в природе объекта сосредоточения и остается неподвижным, как пламя лампы в безветрие; в этом состоянии постепенно исчезают ощущения сосредоточения и личности (то есть чувство "Я сосредоточен").
"Адхьятма-упанишада",
То состояние, когда разум не ощущает беспокойства, самости, удовольствия, страдания, когда сознание совершенно неподвижно, словно скала, и погружено в глубокое сосредоточение, является самадхи. Самадхи есть состояние полной безмятежности.
"Аннапурна-упанишада",
Такое состояние сознания, когда нет ни объектов, ни влечений, ни отвращений, но есть только высшее счастье и высшая сила, представляет собой самадхи.
"Маха-упанишада",
Когда сознание достигает такого состояния, в котором становится единообразным (лишенным двойственности), наступает самадхи.
"Амританада-упанишада",
Самадхи - это сознание в глубокой сосредоточенности и осознанность, слившиеся с высшим сознанием.
"Даршана-упанишада",
Самадхи - это растворение личного сознания (жата) в высшем сознании.
"Гандхарва-тантра",
Подобно тому как брошенный в воду кристалл соли растворяется в воде и становится единым с ней, так и в состоянии под названием самадхи личное сознание сливается с высшим сознанием.
"Саубхагъялакшми-упаншиада",
Самадхи есть то состояние, в котором осознание "я" и высшее сознание становятся одним. Оно лишено двойственности и исполнено блаженства; в нем остается только высшее сознание.
"Шандилья-упанишада",
Когда сосредоточенное сознание исчезает, наступает самадхи.
"Мандалабрахмлна-упанишада",
Когда единообразное сосредоточенное сознание растворяется посредством усиленного сосредоточения, остается только сущность высшего сознания.
"Аннапурна-упанишада",
Когда глубочайшее сосредоточение на высшем Брахмане также исчезает само по себе, возникает нирвикалъпа-самадхи, в котором исчезают все скрытые впечатления чувств.
"Аннапурна-упанишада",

_________________
Не важно, что написано. Важно, как понято.
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение Посетить сайт автора
Sopheeya1984
Пользователь
Сообщения: 7738
Регистрация: 13.09.2012
Откуда: Москва
СообщениеДобавлено: Пн Ноя 13, 2017 09:46 Ответить с цитатой

* * *

Как хорошо, о Боже мой,
В Твоей безмерности немой,
В морской дали, в любви Твоей,
Безмерной, точно даль морей.
Я вся сейчас в руках Твоих,
Весь шум внутри меня затих,
Как будто утопаю я
В творящей бездне бытия,
В Твоей утробе, там, где плод,
Тобой окутанный, растёт…


* * *

Сущность жизни молчалива,
Не гремит Первооснова.
Еле слышный плеск залива –
Вот и всё Господне слово.
Сущность жизни бессловесна,
Целокупна, бестревожна.
Полный разворот небесный –
Так сказалось слово Божье.
Тише вод и неба тише
Звук архангельского рога.
Сердце молкнет, сердце слышит,
Сердце знает голос Бога.


* * *

Как долго свет прощался с нами.
Как в небе медлило светило.
И превращалось в нежность пламя
И прямо в сердце заходило.
И тихо озарялись лица,
И боль застыла и умолкла,
И сердце начало светиться
Не угасая… Долго-долго…


* * *

Во все концы простор открыт,
Ни звука. Чайка в поднебесье.
А тишина звенит, звенит
И вот – сгущается до песни.
Помехи мира не слышны,
И Божье слово зазвучало…
Вот здесь, в сгущенье тишины,
Священной музыки начало.


* * *

О, только б этой голубой
Священной глади не нарушить!
Мой Боже, только лишь Тобой
Способна я заполнить душу.
Всё влитое в пределы – ложь.
Но кто же Твой предел очертит?
Ведь Ты растёшь, растёшь, растёшь,
И этот рост есть жизнь без смерти.


* * *

Плоть только плоти соразмерна.
Но кто измерит глубь мою?
Ведь я безмерное безмерным
Вдыхаю, вижу, познаю.
Лишь в бесконечности свобода,
И в мире нет других свобод.
Моя душа оттуда родом.
Моя душа туда уйдёт.


* * *

Так вот Он где – Творец Вселенной,
Раскрывший крылья Дух святой.
Всё стало песней совершенной
И совершенной красотой.
О, это сердца наполненье
Разлитым золотом зари!..
Не можешь верить в воскресенье?
Затихни, слушай и смотри.


* * *

Ты победил меня, Создатель.
Ты победил меня, Отец.
На медленном морском закате
Я вижу дел Твоих венец.
Ты победил моё страданье,
Заполнил всю меня, и вот –
Твоё бессильное созданье
Опять в свой полный рост встаёт.


* * *

Мне обо мне никто не скажет,
Никто, нигде и никогда –
Вот так, как тихая вода
И этот лёгкий пух лебяжий
Прозрачных облаков над ней.
Даль потеряла все границы,
И глубь моя видней, видней.
Моя душа в себя глядится,
Моя душа понять смогла
Всё, что шептала глушь лесная.
Мы о себе совсем не знаем,
Ведь мы не смотрим в зеркала…


* * *

Это полного неба вместилище –
Эта чаша разлитой зари,
Это вечное жизнехранилище…
Исчерпался? Приди и бери.
Может быть, тыщу раз умираем мы,
Но за смертью в немой глубине
Кладезь творчества неисчерпаемый
Вновь и вновь открывается мне.


* * *

Вот когда вернёмся снова
В тот простор, где все едины,
И из внешнего, чужого
Станет внутренним, глубинным
Время, - рухнут все границы
Между вечным и мгновенным,
И внутрь времени вместиться
Сможет сам Творец Вселенной.


* * *

Жизнь нам всем пределы чертит,
Но безмерна Божья сила.
Смерть? Но что тебе до смерти,
Если грудь весь мир вместила?

Если не земною глиной –
Светом был твой дух нагружен.
Свет, вместившийся в глубины,
Вытесняет тьму наружу.

В глубине твоей безгрешной
Снят вопрос – одни ответы.
Что тебе до тьмы кромешной –
Ты вошёл в источник света!


* * *

И длится песня бытия,
Как зори.
И продлена душа моя
За море.
И покидает сердце страх
Обрыва.
На бесконечных небесах –
Все живы.
Душа моя, о, длись и длись.
Свет тает.
Так вот что это значит – жизнь
Святая…


* * *

Здесь только небо и вода,
И я сзываю вас сюда.
Здесь Дух крыла свои раскрыл,
А у него сто тысяч крыл.
А у него сто тысяч глаз,
И я сюда сзываю вас.
Да будет свет! Да грянет хор
Из всех сердец, на весь простор!


* * *

Опять звучит благая весть,
Равно для всех и перед всеми.
А море тихое и есть
Остановившееся время.
Неисчерпаемая жизнь
В немой воде и в небосводе.
Мгновение, остановись!
Остановилось. Не проходит.


* * *

В какой глубокой тишине
Творец мой действует во мне!
Замри, душа, не шелохнись!
Какая мощь! Какая жизнь!

Сто тысяч дней, а, может, лет
Есть только Путь, а цели нет.
О, этот бесконечный Путь,
Которым Бог мой входит в грудь!

Затихнуть, как морская гладь,
Чтобы Ему не помешать!
Замри, душа, не шелохнись.
О, Господи, какая жизнь!


* * *

А даль звала, звала, звала!
О, зов морской растущей дали!
Вселенские колокола
Весь мир разрозненный сзывали

Собраться. Колокол зыбей
И тайный колокол беззвучий
Отозвались в душе моей
Любовью, как простор, могучей.

Пускай ничтожна, пусть мала –
Весь мир сейчас могу объять я.
О, Боже, я к Тебе пришла!
Я здесь стою, я жду собратьев!


* * *

Здесь ничего не говорят.
Здесь надо только зреть и слушать.
И пять и сто часов подряд,
Покуда не насытишь душу.
Деревья над водой шуршат,
А море тихое пророчит…
Когда насытится душа,
Тогда пусть говорит, что хочет.


* * *

Когда последний луч потух,
Спустился из высот в глубины,
Могучий вездесущий Дух
На миг собрался воедино.
В глаз вещий, в точку собран свет,
И все часы – в одно мгновенье,
И жизнь вот-вот сойдёт на нет,
Но это высший миг творенья.
И наклонился небосвод
Над онемевшим мирозданьем.
Сейчас Создатель сам войдёт
В своё незрячее созданье.
Кто рассчитал час в час, точь-в-точь,
Когда из тьмы луч света брызнет?
Храни Его, святая ночь,
Святая смерть – утроба жизни.


* * *

И снова море. Снова штиль.
И вновь передо мной развёрсто
Всеобнимающее Сердце,
Одно на сотни тысяч миль.
И снова – ни волны, ни пены,
И даже не шуршит прибой.
Бескрайность шири голубой
И этот взгляд проникновенный…
Да, взгляд без глаз, без звука зов
И, Боже, - никаких событий.
И только просьба: отзовитесь
И начинайте жить с азов!


* * *

Ну вот и всё. И сердце полное.
Ведь я у моря, я у леса.
И как торжественна безмолвная
Непрерываемая месса!
Ширь придымлённая, туманная,
И ей немое сердце вторит.
Моя молитва постоянная
Родится, как волна из моря.


* * *

Господь промолвил: Хорошо!
И шелест по земле прошёл.
Звучит на море и сегодня
Великий отзвук слов Господних.
И длится по сей день хорал.
Тот, что когда-то собирал
Созвездья; и мерцает пламя,
И Дух трепещет над водами.


* * *

Туман под взглядом солнца таял.
Закат в нём оставлял следы,
И, как икона золотая
Заря гляделась в глаз воды.

И было царствие морское
Вместилищем небесных сил.
И тишина была такою, что голос Бога доходил.

И ни малейшего движенья.
Глубокий мир на землю лёг.
И только длилось отраженье:
Заря – в воде и в сердце – Бог.


* * *

Куда меня уводит море?
Скажи мне, Господи, куда?
Что там с утёсом дальним в створе?
Мир новый? Новая звезда?
Что там, в слоящемся тумане,
Прильнувшем к сизым облакам?
О, как он манит! Как он манит!
Скажи мне, Господи, что там?
- Ответа внятного не требуй.
Но нет другого бытия,
А есть бескрайняя, как небо,
Душа всецелая твоя.


* * *

Морского штиля не нарушу.
Как ствол, недвижная стою.
Я только созерцаю душу
Непостижимую свою.
Мой взгляд притихший ей покорен,
Как пена белая – волне.
Она огромна, точно море,
И – умещается во мне.
О, Боже, как это возможно?
И где разгадка бытия?
Во мне, мгновенной и ничтожной,
Конца не знающая Я…


* * *

Полнейший штиль. Ни волн, ни пены.
Душа, как море, разрослась,
И в тишине с Творцом Вселенной
Налажена прямая связь.

Прямой приказ Душе от Бога,
В каких глубинах он возник?
Кратка, как молния, дорога -
Сквозь бесконечность напрямик.

О, это полное затишье
Приказу Божьему в ответ.
И если Сердце Бога слышит,
То творчеству предела нет!



* * *

Полине Чижевской
(к её картине)

Вокруг – ни звука, ни словечка.
Снег чуть мерцает под луной.
Окошки, узкие, как свечки,
Затеплились во тьме ночной.

И всё яснее, всё знакомей
То, что как детский сон прошло,
То, затаившееся в доме
Неистощимое тепло.

Кто защитил его от стужи?
Кто прошептал огню: гори
И, как маяк, свети снаружи
И, как утроба, грей внутри?

Дом окружён глубокой тенью.
Ни звука, ни словечка нет.
Но это тихое свеченье…
Но этот внутренний подсвет…


* * *

И злоба и крики,
И бойни и войны…
А в небе спокойно,
И в море спокойно.
А в небе бездонно,
И в море бездонно.
И небо и море –
Господни иконы.
На небе великом,
На море великом
Дрожит отраженье
Господнего лика.
На час иль мгновенье
Застынь без движенья
И, в них отражённый,
Вглядись в отраженье.


* * *

О, Господи, как Ты велик!
В Тебе утонет каждый крик.
В Тебе утонет каждый грех:
Ведь Ты всегда один за всех.
Как это небо и морской
Простор, хранящий мой покой,
Как вся распахнутая гладь,
Которой я должна внимать.
Мне надо предоставить ей
Немой простор любви моей
И жить, её покой храня, -
И всё свершится за меня.


* * *

Здравствуй, море, здравствуй, Боже!
Только Ты спасти нас можешь –
Не от горя, не от бед,
Не от всех бегущих лет
И не от врагов своих –
Только от себя самих.


* * *

От меня ничего не зависит.
Я во власти у шири и выси,
Я во власти у неба и моря,
И со мной ни о чём не поспоришь.
Спорьте с ними хоть годы подряд,
Но они ведь в ответ промолчат,
Засияют и зазеленеют.
Вы, конечно, гораздо умнее:
Есть и слово у вас, есть и мысль;
Ну, а что бессловесная высь?
Ну, а что немота этих вод?
Ничего. Только жизнь нам даёт.


* * *

Сосредоточенность какая!
Как ясен дух! Как даль ясна…
Безбрежна синева морская,
И бесконечна тишина.
Дух над водою крылья поднял,
Они сквозь небо продлены.
И всемогущество Господне
Есть мощь великой тишины.


* * *

Когда немеющая гладь
Почти слилась с небесным кровом,
Вдруг сердце стало понимать,
Что это было Божье Слово,
Что шлют душе великий знак,
Лучи протяжные, косые,
И слушать надо было так,
Как слушала Христа Мария.


* * *

Была заря простой и строгой.
Без облаков погас закат.
Дышало море вместе с Богом,
И в мире был глубокий лад.
И тихо-тихо пели волны,
А мир умолк, а мир оглох.
Глубокий вдох и выдох полный,
И вновь глубокий, полный вдох.
Немая строгость чётких линий,
Без края ширь и даль ясна.
И вся великая Пустыня
Безмолвной святости полна.


* * *

О, погоди, не торопись…
Есть Истина размером в жизнь,
Размером с весь небесный свод
И с широту притихших вод,
Тех, голубеющих, морских…
Её не сдвинет с места вихрь,
Огонь не причинит вреда.
Она о том, что навсегда.
О, только, только не прерви
Рост Истины, рост той любви,
Что в нас заброшена давно,
Как еле видное зерно.
И зреет там, у нас в сердцах,
Любовь, сжигающая страх,
Любовь, которая растёт
И ширится, как небосвод,
Перерастая нашу мысль.
О, погоди, не торопись…










_________________
Не важно, что написано. Важно, как понято.
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение Посетить сайт автора
Sopheeya1984
Пользователь
Сообщения: 7738
Регистрация: 13.09.2012
Откуда: Москва
СообщениеДобавлено: Пн Ноя 13, 2017 10:12 Ответить с цитатой

* * *

И не вижу и не слышу,
И не строю и не рушу.
Сердце стало неба тише,
Сердце стало моря глуше.
И не мыслю и не помню,
Не гадаю и не знаю.
Сердце облака огромней,
Сердце не имеет края.
И не поздно и не рано –
Нету времени, наверно.
Сердце глубже океана
И нежней зари вечерней.
И чего бояться буду
И о чём молиться, Отче?
Если сердце – всё и всюду,
Если сердце – мира Зодчий…


* * *

Ты думаешь - я это я? Оспорю.
Я - это море.
И это всё не выдумка, не небыль.
Я - это небо.
И та сосна, и ива у ручья –
Всё это я.
Всё дело в том, чтоб досмотреть меня
До дальнего закатного огня
И до меня - вечернюю зарю.
Ведь я всю жизнь про это говорю.
Учись смотреть. Еще совсем немного –
И сможешь море досмотреть до Бога,
И небо, и сосну. И вот тогда
Увидишь, что вода не есть вода
И ствол не ствол. Дыханье затая,
Ты вдруг поймёшь, что я - не только я.


* * *

А волны не пели,
А волны шептали,
И чуть розовели
Закатные дали.

А сердце немело,
А сердце молило…
И вот догорело
Дневное светило.

Укрылось светило
За горкой пологой,
А сердце вместило
Замолкшего Бога.
Всё в мире померкло,
Подёрнулось тенью,
И только из сердца
Разлилось свеченье.

Прозрачною тьмою
Все дали одеты,
Но сердце немое –
Вместилище света.

Мир блекнет и тает,
Всё в мире умолкло,
Но в сердце светает
Так нежно, так долго…


* * *

И шум замолк. И можно вновь следить
За кораблём, за медленным прибоем,
И море с морем может говорить,
Душа – с душой, и Бог - самим собою.
И не прервёт ничто Господних дум,
И снова Дух стал тихим и великим.
О, знали б вы, что значит этот шум!
О, знали б вы, что губят ваши крики!


* * *

Какая ширь! И как далёк
Тот край… А чайка, как намёк
На то, что есть за нашим краем…
Намёк на то, чего не знаем…
На сини белое пятно –
На миг мелькнувшее окно,
Прокол, мгновенная догадка
О том, что суть миропорядка
На самом деле совершенна.
Как море, как Творец Вселенной.


* * *

И вновь простор, сгущенье тишины,
И вместе – разрастание простора.
И дали запредельные видны
И слышен тот неуловимый шорох,
Таинственный, непостижимый тот,
Откуда слово вечное растёт.
Оно ещё не выросло. Пока
Синь широка и мысль глубока.
И в этой широте и глубине
Так, как в гнезде родном, уютно мне.
Моё гнездо, размером с небосвод,
В котором Слово вечное растёт.


* * *

Так вот зачем туманом млечным
Подёрнул Бог голубизну –
Чтоб неотрывно, бесконечно
Могли мы слушать тишину.
Пустыня стихнувшего пляжа
И бледная морская гладь…
А что мне тишина расскажет,
Вовеки не пересказать…


* * *

Сверкает горизонта нить,
И в мир иной открыта дверца.
Гул моря… Это, может быть,
Гуденье собственного сердца?..

Вход внутрь промыт голубизной,
Его небесный свод раздвинул.
И может статься, мир иной
Есть сердца тайные глубины…


* * *

Не пропускайте час молитвы!
Не пропускайте час, когда
Царит недвижная вода
И правят медленные ритмы.
Как будто мир смежает веки,
Вовнутрь глаза его глядят
И о всесильном человеке
Безмолвно говорит закат.
О нашем тайном, сокровенном,
Живущем в самой глубине,
В центральной точке всей Вселенной
И очень глубоко – во мне.
И начинается великий,
Непрерываемый рассказ
О том, что в мире нет Владыки,
Кроме Того, который в нас.
В часы зари золотокрылой,
Немой, молитвенной зари,
Стянулись внутрь все наши силы
И мощь восходит изнутри.


* * *

Как долго вмещается в сердце всё море!
Как долго всё небо вмещается в грудь…
Здесь нету событий, здесь нету историй,
А есть, как вся жизнь, нескончаемый путь.
Есть ты и пространство. Всё прочее смолкло.
О, только лишь чистый сосуд приготовь!
А время струится так долго, так долго,
Как тянется нежность, как длится любовь.





_________________
Не важно, что написано. Важно, как понято.
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение Посетить сайт автора
Sopheeya1984
Пользователь
Сообщения: 7738
Регистрация: 13.09.2012
Откуда: Москва
СообщениеДобавлено: Пн Ноя 13, 2017 11:06 Ответить с цитатой

* * *

И непонятно – небо или море.
Чуть-чуть обозначается вода.
Чуть-чуть светлеет в тающем просторе
Бесплотность еле видного следа.
Нет ясности. Как будто непогода.
Вода как небо. Ни небес, ни вод.
Но сердцу внятно: Бог ступал по водам.
Он был вот здесь. Он и сейчас идёт.


* * *

Не прислушивайся к телу.
А прислушивайся к Духу.
Море словно онемело.
Шелестят деревья глухо.
Не прислушивайся к боли,
А прислушивайся к Богу.
Сердце тишина уколет
Длинной лунною дорогой.
Не прислушивайся к знанью,
А прислушивайся к Тайне.
На рассвете ранней ранью
Промелькнёт звезда случайно.
Промелькнула, пролетела
И шепнула прямо в ухо:
Не прислушивайся к телу,
А прислушивайся к Духу.


* * *

Вам кажется, что быстро дни бегут.
Вам не хватает дней, часов, минут.
Вам хочется остановить их бег.
А вы могли бы день, а, может, век
Следить, как медлит падающий снег,
И длить и длить немое созерцанье
Морской волны и *** в тумане,
Пустого неба и зари бессонной,
И в темноте мерцающей иконы?
Могли бы? Нет. Но вечность есть пустырь,
Где во всю душу - только высь и ширь.
Ничто и ты. Ты - лодка в океане.
И длится бесконечно разрастанье
Души. Нет ни начала, ни итога.
Дни не бегут. Ты созерцаешь Бога.


* * *

Туман, но если приглядеться,
То постепенно разглядишь
Своё исчезнувшее детство.
И – раньше детства – эту тишь
И эту гладь, в которой не был
Никто ещё. Вода и небо,
Но и не небо, не вода,
А то, что брезжило всегда,
Теряя чёткие края…
Так вот откуда родом я…
Так вот что было до рожденья,
До слуха моего, до зренья,
До первого на свете дня,
И всё-таки – не до меня…


* * *

I

А где-то… Может быть, в истоке
Всех наших дней, всех наших сил
Каким молчанием глубоким
Простор со мной заговорил!
На волю был мой дух отпущен,
Разрушен был любой предел.
Каким молчаньем всемогущим
Господь мне верить повелел!
О, где Ты, Господи? О, где Ты?
Вздохнуло море тяжело.
Каким бестрепетным ответом
Молчанье на душу легло!
Ни времени, ни расстоянья.
Всему конечному – конец.
Всё обнимающим молчаньем
Творил и воскрешал Творец.

II

А Бог молчал. Молчал всегда,
Как неподвижная вода,
Как горизонт, как гребни скал.
В ответ на всё Господь молчал.
Князь мира, как в грозу прибой,
Всю землю затопил собой.
Он разрушал, гремел и жёг.
Но был самим молчаньем Бог.
И раскрывался небосвод,
И голубела чаша вод.
И пили тихие сердца
Молчанье своего Творца.
Князь мира рушил, разъяряясь,
С Творцом земли и неба связь,
И сам себя сводил на нет.
А Бог молчал на всё в ответ.


* * *

То тучи, то солнце над ширью великой,
И волны бегут к кораблю...
Я знаю, как грозен земной наш владыка,
Но ведь не его я люблю.

Он может наслать нам любые несчастья,
Развеять надежды, как дым.
Он властен над миром, но он ведь не властен
Над духом, над сердцем моим.

Я только Твоя, мой незыблемый Боже,
Твоя, мой безмолвный простор!
Я знаю - князь мира, что хочет, то сможет,
А Ты не вступаешь с ним в спор.

Любовь с сатанинскою силой не спорит.
Безумному не прекословь!
Но если исчезнет всё небо, все море,
Останется целой Любовь.

Да, если исчезнут все формы, все вещи,
Сойдет все живое на нет,
Любовь уцелеет и дух затрепещет,
И снова затеплится свет.

Да, снова раздастся: "Да будет!" И - буду!
И снова расколется мрак...
Откуда я знаю? Не знаю - откуда,
Но только я знаю, что так!

То тучи, то солнце над ширью великой,
И волны бегут к кораблю.
Землею не правит небесный Владыка,
Но только Его я люблю.


* * *

Сегодня затаилось море
Оно сейчас и есть и нет.
И только в облачном зазоре –
Чуть серебрящийся подсвет.
Туман закрыл все дали глухо,
Но тайный проблеск не погас.
О, эта затаённость Духа,
Собой окутавшего нас!..


* * *

А чайка! А чайка!
Что ей расстоянье?
Ей дом – весь открытый простор!
О, точность размаха! О, сила дыханья
Всей тяжести наперекор!
А чайка! А чайка! Сквозь дали, сквозь выси,
Сквозь сети пространств и времён…
Душа моя – чайка – от мук не зависит,
И что ей владычный закон?
В синеющем сизо-молочном растворе,
Покинув свой смертный острог,
Расправила крылья… А небо! А море!
А нас воскрешающий Бог!



* * *

I

За горизонт ушло светило.
В воде разлился перламутр.
Заря меня сейчас учила
Искусству обращенья внутрь.
И было тихо, было пусто.
Над морем облака зажглись…
Какое трудное искусство
И бесконечное, как жизнь!
Как много сил и веры надо,
Чтоб усмирилось естество!..
Но вот когда Учитель рядом…
Когда душа у ног Его…

II

Не надо слов, не надо силы.
Светилась, медленно горя,
И бесконечности учила
Меня вечерняя заря.
Во мне, во глубине сердечной,
Свет, отразясь, рождался вновь.
И сердце было бесконечным,
Как Божья тайная любовь.
Любовь, которой нет границы…
Вглядись в неё, вживись, вмолчись…
Она от слов всегда таится
И каждый миг нам дарит жизнь.




_________________
Не важно, что написано. Важно, как понято.
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение Посетить сайт автора
Sopheeya1984
Пользователь
Сообщения: 7738
Регистрация: 13.09.2012
Откуда: Москва
СообщениеДобавлено: Пн Ноя 13, 2017 11:37 Ответить с цитатой

НЕГАСНУЩИЕ ДАЛИ
Зинаида Миркина

Часть 1. ПО СЕВЕРНЫМ РЕКАМ

От автора.

Очень давно у нас с мужем сложился обычай разжигать костер в лесу и сидеть около
него. Долго.
В молодые годы, когда муж ходил каждый день на работу, это возможно было только в
выходные дни. Зимой - в Битцевском лесопарке. Мы уходили с утра и сидели в лесу до
звезд.
Расчищали снег, муж валил сухое дерево и разжигал костер, около которого мы
усаживались на свои складные стульчики. И молчали. И какая жизнь вливалась в нас в
эти часы молчания!
А когда молчащая душа наполнялось, с ней происходило то же, что с водой,
нагреваемой до ста градусов. Вода переходит в пар, молчание - в стихи.
Читались и читаются они у костра так, как, может быть, никогда не читаются в доме.
Так читаются, как будто заново пишутся. И потребность их читать такая же, как
бывает тогда, когда они появлялись на свет - неодолимая. Читаются они тогда никому
и ни для кого - как поет птица.
Но вот однажды у нашего костра появился еще один человек. Мы не очень охотно взяли
с собой третьего. Но - очень просился и взяли. Было ему тогда около двадцати лет.
Нам он в сыновья годился. Помогал расчищать снег, валить сушняк. А потом молчал с
нами вместе. Но вот молчание перешло в стихи. Я читала взахлеб - распелась.
И вдруг наш лесной товарищ сказал:
- А я не понимаю ваших стихов, Зина. Стихи Мандельштама понимаю и люблю, а ваши -
нет.
- Ну и не слушай, - ответила я, - я не для тебя читаю.
- А для кого? Только для Гриши (мужа)?
- Да нет, даже не для Гриши. Ни для кого. Так что, если не понимаешь, молчи.

С тех пор прошло много лет. Двадцатилетнему мальчику теперь уже за пятьдесят. У
него жена и взрослые дети. И он сам, и жена его, и сын слушают теперь эти стихи
так, как будто они только для них и предназначены. Когда я читаю им стихи даже не
у костра, а дома, пространство как будто раздвигается - вместо потолка появляется
небо, вместо стен - простор. И нам всем становится очень хорошо. Они из самых
чутких читателей и слушателей, которые нужны мне не меньше, чем я им.
Эта книга издана с их финансовой помощью.
Спасибо, мои родные Берковичи - Миша, Линочка и Женя. Я очень благодарна вам.
Есть еще одна встреча, о которой я хочу рассказать. Она произошла не у костра, а на
нашем семинаре, который мы с мужем ведем уже несколько лет.
Он проходит раз в месяц. И раз в месяц у меня на столе появлялась одна большая
роза. Потом выяснилось, что на каждый наш семинар приезжает женщина из Твери со
своей неизменной розой. Я познакомилась с ней. Лицо большого ребенка, на котором -
вся душа. Как хорошо, что есть такие лица на свете...
И вот однажды она дает мне конверт:
- Это на издание ваших книг.
Женщина она отнюдь не богатая и деньги на эту книгу уже были собраны. Я отказалась
взять. И вдруг увидела такое огорчение на ее лице...
- Это не для Вас, - сказала она, - это для тех, кому очень нужны Ваши книги.
Я почувствовала, что не взять не могу.
Эту женщину зовут Наталья Большакова.
Низко кланяюсь Вам, Наташенька. Большое спасибо!


***
Наедине со всей Вселенной,
Наедине с Творцом своим...
На небе - облачная пена,
В воде дрожащий белый дым.
Наедине со всем простором,
С разверстой тайной бытия...
Текут минуты так нескоро!
Глаза в глаза - мой Бог и я.
Ты раскрываешь мне объятья,
В глубины сердца входит высь.
Священнодействие зачатья,
Мгновенья с вечностью слились.

Теплоход.

***
Степень покорности,степень стихания,
Степень слиянности - нету меня.
Нету дробления, нет расстояния -
Все потонуло в разливе огня.
Степень покорности, степень смирения...
Вспять сквозь пространство и время иду.
Вместе с Тобою встаю на колени я
В залитом тьмой Гефсиманском саду.
Сердце, как кровью, исходит осанною
Вижу, над бездной лицо наклоня:
С новою зарею, как солнце, восстану я,
Но - лишь тишайший увидит меня.
* * *
Смысл жизни - в единении с Тобой.
Другого смысла в этой жизни нет.
Ты для меня - не кто-то, не другой.
Так в сердце зачинается рассвет.
Так, где-то в сердцевине темноты,
Раскрылся тихо светоносный глаз,
И есть теперь уже не я и Ты,
А кто-то Третий вместо прежних нас.
И я шепчу беззвучно: только будь...
Да Ты не Ты и я уже не я,
Но в нашем единении вся суть,
Весь смысл и оправданье бытия.
* * *
Над землею наклонились тени,
Замерцала первая звезда.
Жизнь моя - сплошное погруженье -
Шаг за шагом... Господи, куда?
Шаг души все крепче год от году,
Хоть слабеет плоть и стынет кровь.
Так, как птица - в небо, рыба - в воду,
Так душа - в бездонную любовь.
Никогда ей глубины не хватит -
Это знанье крепче день от дня.
Господи, прими меня в объятья!
Господи, не отпускай меня!
* * *
Затихла робкая волна
И снова воцарилась гладь,
И наносились письмена
На сердца чистую тетрадь.
Вы думали, что это я
Пишу бессчетные стихи?
А это Зодчий Бытия,
Все это лишь Его штрихи.
А я тут вовсе не при чем,
А я тут только лишь при Нем.
А я... Ну что такое я -
Бездумной радости струя.
* * *
Заброшу все свои дела...
Ты ничего с меня не требуй.
Я все, что знать и взять смогла,
Сейчас забрасываю в небо.
А там - все тот же белый пух...
Никак мне не насытить взгляда.
О, мой блаженный нищий дух,
Которому лишь неба надо!
* * *
Я пою все, что вижу, как древний акын.
Хочешь слушай, а хочешь не слушай.
Что же делать? - Достало до самых глубин
Божье семя, упавшее в душу.
И опять достает и опять и опять... -
Все, что видят несытые очи -
Тот, кто сеял, придется Тому собирать.
Помоги Ему, если захочешь.

* * *

О, Боже, как огромно небо!
Потерян край и счет потерян.
А мне бы, Господи, а мне бы
Бескрайность эту сердцем мерить.
И причащаться. И довольно.
Мои желанья в небе тонут.
Пусть только Богу будет вольно
Во мне, как в небесах бездонных.
* * *
Я без Тебя - ничто.
Но что Ты без меня?
Ангелус Силезиус
Наполненная жизнью тишь,
Протяжная недвижность дня.
Ты и сегодня жизнь творишь,
И жизнь втекает внутрь меня.
И вот в чем тайна бытия
(Я чую жилкою любой):
чтоб я была и вправду я,
мне надо полниться Тобой.
О, этот непосильный труд -
Вмещать неслышимое в слух!..
Я без Тебя - пустой сосуд,
Ты без меня - бесплотный дух.
***
Красота - это Божий урок.
Нам Творец преподал красоту.
Тихо падает легкий листок,
Задержался, дрожит на свету...
Бог велел: "разгадай и пойми".
Но загадка трудна - иль проста -
Между Богом самим и людьми
Вечным сфинксом молчит красота.
Отдана в нашу полную власть...
Что ж нам делать с загадкою той?
Мы вольны иль убить, иль украсть,
Или, может быть, стать красотой?..


Триптих
1
Сейчас внутрь моря солнце канет,
Сиянье дня сойдет на нет,
И после всех дневных сверканий -
Последний запредельный свет.

Он провожает нас в безбрежность,
Он делает бездонным час.
Тот свет, который глаз не режет,
А тайно высветляет нас.
2
Нет, не закат, а за закатом,
Не рядом с нами, а насквозь -
То, чем была душа чревата,
То, что в посмертьи родилось.

Вот те негаснущие дали.
Свет, пронизавший сердце тьмы.
То, что нам смутно обещали,
Вдруг стало явственней, чем мы.
3

О, как Ты утешаешь нас,
Как наполняешь миром душу!
Закат медлительный погас...
Заря над водами и сушей.
Такая дышит благодать,
Такая глубина открыта,
Как будто есть кому обнять
Весь мир и быть ему защитой.
* * *
Не нарушайте тишину,
Не потревожьте Бога!
Сейчас незримую струну
Архангел будет трогать.
И разольются по Земле
Божественные ритмы,
В прозрачной этой полумгле
Наш Бог опять творит нас.
* * *
Белое озеро. Белые ночи.
Самосвеченье небес и воды.
Бог показать нам свой образ не хочет,
Но засветились Господни следы.

Свет нескончаемый, вечер бескрайний,
Рост глубины, нарастанье высот...
Нам приоткрыта великая тайна:
Сердце по Божьему следу идет.
* * *
Первозданную не тронуть гладь..
Не рождаться и не умирать,
А таинственно являться вдруг
Из трепещущих Господних рук,

Так - как небо, озеро, гора.
И не знать ни "завтра", ни "вчера"-
Только это тайное родство,
Только руки Бога своего...

* * *
Мысль Господня - это тишина.
Это не имеющее дна Сердце. -
Ни начала, ни конца -
Полное беззвучие Творца.

Сил творящих медленный восход.
Кто его нарушит, тот порвет
Нить божественную - Божью мысль,
Ту, что держит всех нас - Берегись!

* * *
Научить нас глядеть в Бесконечность -
Вот и все, что Ты хочешь от нас.
Ты выходишь глядящим навстречу,
Погружаешься в глубь наших глаз.

Мы готовы, мы вправе, мы можем
Жить, вселенским простором дыша.
Научиться глядеть в Тебя, Боже -
Вот и все, чего хочет Душа





_________________
Не важно, что написано. Важно, как понято.
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение Посетить сайт автора
Sopheeya1984
Пользователь
Сообщения: 7738
Регистрация: 13.09.2012
Откуда: Москва
СообщениеДобавлено: Пн Ноя 13, 2017 12:54 Ответить с цитатой

* * *
Ах, Онега, Онега, Онега -
Нескончаемость дали морской.
В небесах - бесконечная нега.
На воде - всемогущий покой.

Этот мир нам с тобою отпущен.
Он - на всех, так о чем же наш спор?
Кто не верит, что Бог всемогущий,
Посмотри на Онежский простор.

* * *
Мы живем в толпе, в потоке.
Нас несет водоворот.
А деревья одиноки,
Так же, как и небосвод.

И течет, течет в просторе
Величава, широка,
Отражающая зори
Одинокая река.

Что в ее притихшем оке?
Что таит речная гладь?
В мире только одинокий
Может Богу предстоять.

Нескончаем этот вечер.
Не погаснет свет вдали...
Сердце Бога - место встречи...
Одиночеств всей земли.
II
Иноверцы и единоверцы...
Кто кого в бесконечной борьбе?
Но молчи, одинокое сердце,
Бог откроется только тебе.

* * *
О, Господи, как ясно слышно!
Здесь голос Твой не заглушат.
- Ау! - позвал меня Всевышний.
- Ау! - откликнулась душа.

С озерной глади в поднебесье.
Из самой глуби - прямо ввысь!
Так вот откуда птичьи песни
И все молитвы родились.
Валаам.

* * *
Время просит одного -
Чтоб не мерили его.
Не боялись, не считали.
А пропали б в этой дали.
Шли бы Господу навстречу
И пришли бы прямо в вечность.

* * *
Дивный остров Валаам.
Остров храмов, остров - храм.
На лесном зеленом всхолмьи
Я учусь его безмолвью. -

Одиночеству его -
Тайне Бога своего.
МОНО, МОНА-СТЫРЬ. МОНАХ -
Тот, затерянный в лесах,
Тот, кому нельзя отвлечься
Ни на миг от тайной встречи
Сердца - с Богом, неба - с морем.
В нескончаемые зори

Здесь встречается в молчанье
Глаз с простором мирозданья.
Все безмолвие земное
С внутреннею тишиною.

* * *
Восполненность жизни и мера покоя -
Всем вихрям вселенским порог -
Вот в чем Твоя сущность, вот что Ты такое,
Мой непостигаемый Бог.

Восполненность жизни и этот великий,
Как небо над нами, покой.
Вот то, что в Твоем отпечаталось лике,
И в зеркале глади морской.

И вот она - цель всех земных пилигримов -
Покой, заглушающий гром. -
Почувствовать жизни покой нерушимый
Как сердца единственный дом.

И в нем не бывает ни рано, ни поздно.
Кто Дом этот вечный найдет,
Тот держится в Боге, как держатся звезды, -
В средине небесных пустот.

* * *
Бог следов не оставляет.
Просто вмиг отброшен сор.
Ширь без края, даль пустая...
После Бога - лишь простор.

Да еще - потоки света. -
Безраздельный небосвод.
Если скажут: "Бога нету",
Он смолчит и обоймет.

* * *
О сила молчанья, великая сила!
Молчание Бога все звезды вместило.
С молчащей звездою немое соседство.
Закон отражений, закон соответствий,
Закон собиранья, закон созиданья...
Молчание неба и сердца молчанье.

* * *
Продли меня за край земли,
За горизонт. За лес -
В такую даль меня продли,
Где след всех слов исчез.

С последним светом сердце слей,
Истаявшим в тиши.
Быть может, смысл жизни всей
В продлении души.

* * *
Почти за гранью бытия...
Свечение ночей.
И вот равна душа моя
Сейчас Вселенной всей.

Как будто очутились мы
За зримою чертой.
И вместо полуночной тьмы
Разлился Дух святой.

* * *
Смысл жизни - в разрастании души.
О, этот свет, растущий белой ночью!..
Забудь про все, вопросы заглуши -
Сейчас ты зришь незримое воочью.

Смысл жизни в том, чтобы как этот свет,
Обнять собой бескрайние просторы.
Преград неодолимых больше нет -
Свет проницает каменные горы.

* * *
Ты нас сзываешь, но куда?
В то место пусто, в тот простор,
Где не осталось и следа
От возведенных нами гор,

Закрывших первозданный свет.
Там не осталось ничего.
Там смерть сама сошла на нет
И дышит только Божество.

Ты распахнул нам дверь - "войди,
Простора чистого испей!.."
Где это? - Неба посреди
Или внутри души моей?

* * *
Не жди, не бойся, не тоскуй...
Свет, уходящий за края, -
Как бесконечный поцелуй.
Как нежность тихая моя.

Свет переполнил нам сердца,
И вот уже различья нет -
Любовь без края и конца
Или за край ушедший свет.

* * *
Как будто к цели мы пришли,
К которой двигались века.
И как на рейде корабли,
Стоят на небе облака.

Да, перед нами - цель пути -
Такой простор! Такая гладь!
Куда нам от Тебя идти?
Чего, найдя Тебя, желать?

И если это только миг,
Миг - истина, а годы - ложь.
И Твой покой как мир велик,
И Ты меня всю вечность ждешь.

* * *
В воду кануло светило,
Но душа не знает сна.
Все пространство просквозила
Мировая тишина.

Слышит ухо, видит око -
Кто поведал мне -
Бог весть - Но на звездочке далекой
Так же тихо, как и здесь.

* * *
Обаянье белой ночи,
Гладь воды и неба гладь.
Свет не может, свет не хочет
Эти дали оставлять.

Не кончающийся вечер -
Смолкни, мир, не суесловь -
Свет и вправду бесконечен,
Точно так же, как любовь.

* * *
Потерян счет, смешались числа,
Но день и ночь идет работа.
Ведь есть бесчисленные смыслы,
И потому стихам нет счета.

И потому стихотворенье
Идет вослед стихотворенью.
Ведь что ни шаг, то углубленье,
И что ни взгляд, то откровенье.

* * *
Бесконечная Онега -
В Бога вход, из мира выход...
Я сижу, а дали неба
Внутрь всплывают тихо-тихо.

Это цель всех наших странствий,
Всех бесчисленных повторов:
Внутрь себя вместить пространство,
Стать для каждого простором.

* * *
Огромное небо над поймой речною
То сизое с белым, то сизо-стальное.
Огромное небо со взглядом суровым,
В котором - ни звука, в котором - ни слова.

В котором нет формы - сплошная пустыня -
Лист чистый для Богом задуманных линий.
Нет формы, нет песни, нет смеха, нет плача,
Но наши вопросы, но наши задачи,

Все эти узлы, что мы здесь завязали,
Развяжутся только в небесном провале.
Все раны земные лишь небо залечит.
Конечное корнем ушло в Бесконечность.

* * *
Ах ты, тишь широкая, великая,
Ах ты, небо над большой рекой!
Птицей одинокою покликаю -
Кто вместит блаженный сей покой?

Ни рукой, ни взглядом не охвачены,
Как же эти дали хороши!
Для кого ж вы, дали, предназначены? -
Для твоей распахнутой души.

* * *
Скоро мир очнется, иль нескоро ли,
Но сейчас, у бездны на краю,
Я лечусь Господними просторами,
В их объятьях прячу боль мою.

Погрузясь в любовь Твою могучую -
Большей силы не было и нет -
Слышу, слышу музыку беззвучия.
Вижу, вижу беззакатный свет.

* * *
Ночь моя задумчивая, белая,
В лад с тобою о тебе пою -
Погружаю мысли скороспелые
В медленность великую твою.

Крики боли, выплесни отчаянья
Тишиной владычною глуша,
На твоих просторах нескончаемых
Вызревает медленно душа.

* * *
Ты не знал, как звучит тишина?
Это чуть различаемый шаг.
Поступь Господа сердцу слышна,
И почти замирает душа.

Из нее выметается сор,
В ней кончается круговорот.
Вся она - бесконечный простор,
По которому Бог мой идет.

"Сосенки".

Тишина приоткрыла покров,
За которым - мерцанье глубин.
О, как много вокруг нас миров!
А нам думалось - только один.

Мы слоняемся взад и вперед.
Все кончается, всюду - стена.
Но он есть - незамеченный вход,
За которым - ни стенок, ни дна.

Вход в безмерное. Спуск в океан.
Шаг с поверхности... что там - внутри?
Слой за слоем. Мерцающий план
Вслед за прежним...О, только замри!..

* * *
И больше никто не очертит границы.
Ведь нет разделения в царстве глубин.
О, только бы в центр мирозданья внедриться.
И - делай, что хочешь, ты сам господин.

"Сосенки".

* * *
Когда догорает заря,
Меня отпускает земля.
И сердце, утративши вес,
Всплывает в прозрачность небес.

И ясно становится вдруг,
Что царствует только лишь Дух.
Что тяжесть теряет права,
Подпавши под власть Божества.

* * *
Наполнить парус ветром, душу - Богом
И - в дали по мелькающим волнам...
Какая открывается дорога!
Какой просторный, всех вместивший храм!

Мы все скитальцы, все единоверцы,
Над кем одни и те же небеса.
О, только б не закрывшееся сердце!
О, только б не пустые паруса!

* * *
Мне надо лишь войти в единый ритм
С лесной полоской и равниной водной,
С той самой силой, что наш мир творит, -
И лишь тогда я сделаюсь свободной.
И что ни предначертано в судьбе -
Все вновь вольна стереть и написать я.
Моя свобода только лишь в тебе,
Немой простор, раскрывший мне объятья.

Теплоход, Шекснинское водохранилище.

* * *
Как любит нас Бог?
Да вот этим простором,
Вот этой равниной седой.
Смотри - облаков белоснежные горы
Повисли над сизой водой...
А ветер, всю боль по широтам развеяв,
Ликует: Ты заново жив!
Нас любит наш Бог бесконечностью всею,
Нам небо как сердце раскрыв.

* * *
Передо мною - Твой простор.
Вся широта Твоя.
И выметен из мыслей сор,
Здесь я уже не я.

Есть взгляд неугасимых глаз,
Свет, не объятый тьмой.
Ты вытеснил меня сейчас
Вон из себя самой.

* * *
В небесах - это значит, что прошлого нет.
Возвратились к истоку года.
В небесах - это значит, не кончится свет
Никогда, никогда, никогда.
В бесконечность небес вводят звуки молитв.
И такое вокруг торжество
Там, где сердце, как солнце, горит и горит...
И весь свет на земле - от него.

* * *
Просторы, просторы, просторы,
Речная спокойная гладь,
Мы движемся очень нескоро,
Чтоб Господа не обогнать.
Равнины, холмы, перелесья
И свет, потерявший края.
Мы движемся с Господом вместе,
И в этом весь смысл бытия.
О, медленность тайного лада!
Всю вечность - вот только бы так.
Не верите в рай? И не надо.
И все же - замедлите шаг. -
И все же, и все же, и все же
Продли зачарованный сон.
Прислушайся к поступи Божьей
И двигайся так же, как Он.

* * *
И туча рванулась на тучу
И пена - на пену валов,
И вот Он - единый, могучий
Владыка всех сил Саваоф.

Сплошною морскою лавиной,
Всей ширью небесных пустот
Навстречу мне руки раскинул
И властно, как ветер, зовет.

Ни сказок тебе, ни историй.
Все сны и придумки - оставь!
Ну вот Оно, вот Оно - море.
Ну вот Она - Божия явь.

Блеск жгучий серебряно-сизый. -
Затоплены мера и край.
Ну вот он - божественный вызов
Бог кличет, душа отвечай!








_________________
Не важно, что написано. Важно, как понято.
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение Посетить сайт автора
Sopheeya1984
Пользователь
Сообщения: 7738
Регистрация: 13.09.2012
Откуда: Москва
СообщениеДобавлено: Пн Ноя 13, 2017 13:57 Ответить с цитатой

Содержание ветки:
Цонкапа - Руководство к этапам пути пробуждения
Чогъям Трунгпа – Миф Свободы и путь медитации
Тибетская Книга великого освобождения
Взгляд Дзогчен на тантрическое Нёндро
Открытое сердце, ясный ум — Тубтен Чодрон
Обретение душевного покоя и просветления - Калу Римпоче
Стивен Левин - Постепенное пробуждение
Великий йог Тибета Миларепа
Песня Йеше Цогьял о просветлённой природе мешающих эмоций
Нарисованное радугой - Тулку Ургъен
Учения тибетской йоги - Гарма Чанг
36 начальных пpавил буддиста
Короткая сутра о пустотности
Бодхидхарма - Проповедь о кровеносном сосуде.
Магическое зеркало: Чудесные знаки, возникающие посредством практики
Атиша - Советы духовного друга
Чже Цонкапа (1357-1419)- цитаты
Тренировка ума (лоджонг) - Рингу Тулку Ринпоче
Введение в практику созерцания ( в соответствии с традицией Дзогчен) -
Чогьял Намкай Норбу
Патрул Ринпоче - Слова учителя
Дже Гампопа - Драгоценное украшение освобождения

*************


Цонкапа - Руководство к этапам пути пробуждения

Цитата:
Чже Цонкапа (1357–1419), основоположник наиболее влиятельной из школ, Гелуг, почитается наравне с Буддой. "Большое руководство к этапам Пути Пробуждения" (Ламрим-ченмо) — Его наиболее знаменитый труд, где важнейшие идеи индийского буддизма изложены в форме систематического руководства, подробнейшим образом описывающего весь путь духовного развития вплоть до достижения Пробуждения. Эта священная книга предназначена не только для буддийских алтарей, она поможет понять суть буддийского учения всякому человеку, интересующемуся культурой Востока и задумывающемуся о смысле жизни.


Полностью - тут:
Чже Цонкапа - Ламрим - Большое руководство к этапам Пути Пробуждения (5 томов)
http://dazan.spb.ru/library5/1/
http://garchenrinpoche.com/chzhe-tsonkapa-bolshoe-rukovodstvo-k-etapam-puti-probuzhdeniya-lamrim-chenmo.html



Чже Цонкапа БОЛЬШОЕ РУКОВОДСТВО К ЭТАПАМ ПУТИ ПРОБУЖДЕНИЯ

А. Определение клеш
1. Общая характеристика
"Клеши - это элементы, которые возникая [в потоке психики], создают беспокойство. То есть основная черта клеш - взбаламучивать поток психики."
[клеши] - это факторы, будоражащие душу своим возникновением.
Б. Происхождение [клеш]
Если эгоцентрическое воззрение и неведение считать отдельными [клешами], то - подобно тому, как свернутую веревку в сумраке по неясности ее подлинного образа принимают за змею, - из-за мрака неведения, затемняющего подлинную сущность скандх, они ошибочно принимаются за "я", а отсюда возникают все другие клеши.
Если же эти две [клеши] рассматривать как одно целое, то корень всех клеш - именно эгоцентрическое воззрение.
То есть, когда из-за эгоцентрического воззрения цепляемся за "я", происходит разделение на "я" и "другие". От этого разделения возникают привязанность к себе и неприязнь к другим. От дум о себе рождается высокомерие, возникают воззрение о вечности или конце этого "я" - теория Атмана и подобное, а также вера в превосходство дурных деяний, связанных с теми [воззрениями].

Д. Процесс перерождения

Если предстоит родиться женщиной, возникает желание отстранить женщину и совокупляться с мужчиной.
Если предстоит родиться мужчиной, возникает желание отстранить мужчину и совокупляться с женщиной.

Однако они сходятся в том, что главным "противоядием" против [неведения] является мудрость, постигающая отсутствие "я".
Аналогично, из-за незнания реальности отсутствия "я" цепляемся за "счастье" "счастливых уделов", не ведая, что в действительности они тоже - страдание, и накапливаем заслуги или неколебимую карму.

Жажда
- это желание, чтобы не кончалось приятное ощущение и устранилось мучительное.
Сказано, что жажда возникает на основе ощущения. Это [значит], что жажда возникает [от ощущения] вследствие контакта, обусловленного неведением; если же неведения нет, то, хотя ощущение и наличествует, жажда не возникает.
Таким образом, переживание [объекта] является полным уже от контакта и ощущения; ибо контакт - это восприятие объекта, а ощущение - возникающее или результативное [его] переживание.


Не отступать от [Устремленности] недостаточно; надо с большим усердием - три раза утром и три раза вечером - ее усиливать.

Устремленность не теряется, если,
помимо прочего, испытываем четыре благих чувства: подавляем гордыню, выкорчевываем зависть, скаредность, а, видя благосостояние и преуспеяние других, радуемся.

_________________
Не важно, что написано. Важно, как понято.
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение Посетить сайт автора
Sopheeya1984
Пользователь
Сообщения: 7738
Регистрация: 13.09.2012
Откуда: Москва
СообщениеДобавлено: Пн Ноя 13, 2017 14:24 Ответить с цитатой

Чогъям Трунгпа – Миф Свободы и путь медитации

Полностью - тут:
http://fictionbook.ws/religion_/religion_rel/chogyam-trungpa-mif-svobodi-i-put-meditacii.html





Чже Цонкапа (1357-1419)
Этап духовного развития высшей личности
Большое Руководство к Этапам Пути Пробуждения - ярчайшая
драгоценность в сокровищнице священной литературы. Этот шедевр был окончен Чже Цонкапа в 1402. Вскоре книга стала одной из самых известных книг
духовной практики и философии в мире Тибетского буддизма
Третий том содержит: разъяснение, что единственная дверь вступления в Махаяну - . [РАЗЪЯСНЕНИЕ, ЧТО ЕДИНСТВЕННАЯ ДВЕРЬ ВСТУПЛЕНИЯ В МАХАЯНУ - УСТРЕМЛЕННОСТЬ К ПРОБУЖДЕНИЮ]

Устремленность к Пробуждению даже при отсутствии практического усердия, превосходит все "золотые украшения" достоинств шравак и пратьекабудд и не лишает [его обладателя, из-за отсутствия практического усердия], имени Бодхисаттвы Здесь говорится, что тот, у кого есть Устремленность, является бодхисаттвой, даже не совершая деяний

"Если мы со всеми вместе в этом мире
к Пробужденью высшему стремимся,
его корень, Устремленность, быть должна
прочной, словно [Меру], царь могучий гор."

Иначе говоря, Устремленность - как бы отцовское семя, а мудрость, постигающая
отсутствие самости, - мать

И что еще здесь стоит объяснять?
Глупец старается для собственного блага,
мудрец же трудится для счастия других
вот каково их главное отличье.

"Раз ты вцепился в спермы смесь и крови
других людей, ее своим считая [телом],
то так же и к [телам] других старайся [относиться]."

Когда мы говорим здесь об осознании, то имеем в виду не только и не столько то постоянное осознавание, которое является целью, объектом деятельности ума; речь идет прежде всего о том, чтобы стать единым с осознанием, единым с открытым пространством. Это значит стать единым также и с реальными вещами, с которыми вам приходится иметь дело. И тогда медитация оказывается очень легкой: это вовсе не попытка расколоть вас на разные части, на разные уровни осознания, на наблюдателя и исполнителя. У вас возникают подлинные взаимоотношения с внешними предметами и с их красотой.

если мы ищем родства с солнцем, то нам необходимо испытать родство и с облаками, которые закрывают солнце
Таким образом, бодхисатва относится положительно и к открытому солнцу, и к закрывающим его облакам. Но сначала эти облака, эти заблуждения, которые закрывают солнце, оказываются более важными. Когда мы стараемся освободиться от уз, то в первую очередь ощущаем связанность.

Обет бодхисатвы признает существование заблуждений и хаоса – агрессивности, страсти, разочарованности, легкомыслия – как части нашего пути.
«Начиная с сегодняшнего дня до самого достижения просветления я желаю жить со своим хаосом и заблуждениями, а также с хаосом и заблуждениями всех живых существ. Я хочу разделить с ними наши взаимные заблуждения», Так что здесь никто не играет в игру «Кто выше». Бодхисаттва-это самый смиренный странник, который трудится на земле сансары, чтобы вырыть скрытые в ней сокровища.

*********

"Иисус — это лицо Бога, направленное к человеку и лицо человека, направленное к Богу».
из
Шри Пунджаджи. "Проснись и рычи"

(Подробнее: "На той неделе он читал главу из книги Абшиктананды, где описывалась встреча этого христианского монаха с Пунджаджи в далеком 1953-м году. Когда Абшиктананда спросил, почему он не сделал его просветленным, Пунджаджи ответил, что не существует «отдельной индивидуальности», которую необходимо сделать просветленной. Только один ум создает концепцию индивидуальности, или, - возвращаясь к вопросу, просветление и связанность.")

_________________
Не важно, что написано. Важно, как понято.
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение Посетить сайт автора
Sopheeya1984
Пользователь
Сообщения: 7738
Регистрация: 13.09.2012
Откуда: Москва
СообщениеДобавлено: Пн Ноя 13, 2017 20:34 Ответить с цитатой

Тибетская Книга великого освобождения"
НАСТАВЛЕНИЯ И МОЛИТВЫ "КНИГИ ВЕЛИКОГО ОСВОБОЖДЕНИЯ"


Полностью - тут:
[url=http://"http://www.24ru.com/ru/nepal/buch_003.html"]http://www.24ru.com/ru/nepal/buch_003.html[/url]

О сын благородной семьи,  слушай.  Сейчас  чистая  яркость
абсолютной сути сияет перед тобой; познай ее. О сын благородной
семьи,  в этот миг чистая пустота стала природой твоего ума, он
теперь не обладает никакой природой вообще -- ни веществом,  ни
качеством, подобным свету; это чистая пустота, абсолютная суть,
Будда-Матерь  Самантабхадри.  Но это состояние ума -- не просто
нечто незаполненное; его ничто не  заслоняет,  оно  сверкающее,
чистое  и  трепещущее,  и  это  --  Будда  Самантабхадра  Они
неразделимы -- твой ум,  природой  которого  является  пустота,
лишенная  вещества,  и  твой  ум трепещущий и светлый; это Тело
Дхармы Будды. Этот твой ум -- яркость и пустота, неотделимые от
Великого Тела Сияния -- не рождается и не умирает, ибо он  есть
Амитабха,  Будда Бессмертного Света. Познай это -- вот все, что
необходимо сейчас. Когда ты познаешь чистую природу своего  ума
как Будду, ты сохранишь состояние духа6 Будды, взглянув в себя.

О  сын  благородной  семьи,  медитируй на своего Идама, и
пусть  ничто  не  отвлекает  тебя.  Сосредоточься   на   Идаме.
Представь его в плотных формах.


"Абсолютная суть", "светоносная пустота",  "совокупность
дхарм"  (элементов бытия), "исходная яркость" первого бардо (то
есть состояния предсмертного мига) -- так интерпретируется одно
из важнейших понятий учения о бардо  (тиб.  chos-nyid,  санскр.
dharmata).    Познание    этой   "абсолютной   сути"   означает
освобождение на высшем уровне -- Тела Дхармы.


"Идам" (тиб.) переводят как "божественный защитник",  но
это передает внешний характер понятия. Подлинное его значение в
"Книге  мертвых"  -- это истинная, просветленная природа самого
человека, с учетом  его  личных  особенностей.  Считается,  что
бодхисаттва   сострадания   Авалокитешвара  может  быть  идамом
любого, человека.


Когда меня осеняет бардо абсолютной сути,
Я отрину все мысли, полные страха и ужаса,
Я  пойму  все,  что  предо мной возникает, есть проявление
моего сознания,
Я узнаю, что таков вид бардо,
Сейчас, в этот решающий миг,
Не устрашусь мирных и гневных ликов -- моих же проявлений

Иди вперед, произнося эти слова отчетливо и ясно, и  помни
их  смысл.  Не  забывай  их,  ибо  в этом тайная суть: уверенно
познать, что все возникающее сейчас, даже если оно пугает, есть
твое отражение.

О сын благородной семьи, когда разделены твое тело  и  ум,
появляется  абсолютная суть, она ясна и чиста, хотя ее и трудно
распознать, она светится и  сверкает  с  устрашающей  яркостью,
мерцая,  как мираж на весенней равнине. Не бойся ее и не впадай
в смятение. Это естественное сияние твоей  абсолютной  сути  --
так познай же ее.

Из  глубины  света  придет  могучий грохот -- естественный
звук абсолютной  сути,  подобный  тысяче  одновременных  ударов
грома.  Это естественный звук твоей абсолютной сути, поэтому не
бойся и не впадай в смятение. Сейчас  ты  обладаешь  умственным
телом  неосознанных  стремлений,  у  тебя нет тела из плоти и
крови, и никакие звуки, краски, никакие  лучи  света  не  могут
повредить  тебе,  и  ты  не можешь умереть. Легко понять их как
твои же проявления. Знай: это и есть бардо.

О сын благородной семьи, если ты не познаешь, что это твои
проявления, какой бы медитацией ни занимался ты  при  жизни  --
если  ты не встретишь того, чему научился, цвета испугают тебя,
звуки введут в смятение и лучи света устрашат. Не поняв  тайной
сути  учения,  ты  не  познаешь  звуки,  цвета  и лучи и будешь
блуждать в сансаре.

О сын благородной семьи, четыре с половиной дня   ты  был
без  сознания,  теперь же ты двинешься дальше и, пробуждаясь от
обморока изумишься: "Что случилось?" Так знай же -- это  бардо.
Сансара  сейчас опрокинута, и все, что ты видишь, возникает как
свет и образы.

Все пространство  воссияет  синим  светом,  и  пред  тобою
явится    из   центрального   Царства   Всепроникающего   Круга
Благословенный Вайрочана  Его тело белого цвета, он сидит  на
львином  троне, держа в руке колесо с восемью спицами и обнимая
супругу  --  Владычицу  Алмазного   Пространства.   Из   сердца
Вайрочаны  и  его  супруги  придет  к  тебе  синий свет скандхи
Сознания    в   его   исходной   чистоте,   придет    мудрость
Дхармадхату  --  светлая, ясная, резкая и сверкающая, пронзит
тебя сиянием, невыносимым для глаз.  И  в  то  же  самое  время
мягкий  белый свет мира богов придет и пронзит тебя. В этот миг
под влиянием дурной кармы ты испугаешься и устремишься прочь от
мудрости дхармадхату, от ее яркого синего света,  но  испытаешь
наслаждение  от  мягкого  белого  света  мира  богов.  Пусть не
устрашит и не смутит тебя в этот миг яркий,  сверкающий,  такой
резкий  и  ясный  синий свет высшей мудрости, ибо это луч света
Будды, который называют мудростью  дхармадхату.  Устремись  ему
навстречу  с  верой  и  преданностью  творя  молитву:  "Это луч
сострадания  Благословенного   Вайрочаны   я   обрету   в   нем
прибежище".  Это  Благословенный  Вайрочана идет, чтобы принять
тебя на опасном пути бардо, это луч сострадания Вайрочаны .

Будда Вайрочана ("Сияющий"), который появляется  в  первый
день  видения  мандалы,  символизирует  всепроникающее видение.
Семья   Вайрочаны   имеет   природу   "будды"   ("пробужденное"
состояние).  Львиный  трон  означает  храбрость, мощь; колесо с
восемью спицами --  символ  буддийского  учения.  От  Вайрочаны
отталкивает   яд  агрессивности.  Вайрочане  противостоит  "мир
богов" -- высший из миров сансары. Покинув светоносную пустоту,
человек испытывает удовольствие: на смену растворению в  некоем
нейтральном фоне приходит ощущение индивидуальности, радости от осознания   себя  чем-то  конкретным.  Это  состояние  покоя  и
гордости сопоставляется с "миром богов". (Точно так же и другие
"миры"  находят  соответствия  в   психологических   состояниях
человека).

ЧАСТЬ II
Теперь  будет сказано о явлении бардо гневных божеств. О
сын благородной семьи, слушай, не  отвлекаясь.  Хотя  тебе  уже
явилось  бардо  мирных  божеств,  ты  не познал его, поэтому ты
продолжал блуждать доныне.  Теперь,  на  восьмой  день,  явятся
гневные божества, пьющие кровь. Сосредоточенно познай их.

Не бойся его, не устрашись, не приходи в смущение.  Познай
его  как  проявление твоего же ума. Он -- твой идам, поэтому не
бойся.  Поистине,  он  --  Благословенный  Вайрочана  со  своей
супругой,  поэтому  не  устрашись.  Познание  и  освобождение
придут одновременно.

Не бойся его, не устрашись, не приходи в смущение.  Познай
его  как  проявление твоего же ума. Он -- твой идам, поэтому не
бойся. Поистине, он --  Благословенный  Ваджрасаттва  со  своей
супругой, поэтому яви почитание. Познание и освобождение придут
одновременно.

Не  бойся его, не устрашись, не приходи в смущение. Познай
его как проявление твоего же ума. Он -- твой идам,  поэтому  не
бойся.  Поистине,  он  -- Благословенный Ратнасамбхава со своей
супругой,  --  так  ощути  стремление  к   нему.   Познание   и
освобождение придут одновременно.

Не  бойся  его,  не устрашись, не приходи в смущение. Будь
радостен, познай его как проявление твоего же ума. Он  --  твой
идам,   поэтому   не  бойся.  Поистине,  он  --  Благословенный
Дмогхасиддхи со своей супругой,  --  так  ощути  преданность  и
любовь. Познание и освобождение придут одновременно.

Из  сердца  Ваджрасаттвы и его супруги к тебе придет белый
свет   скандхн   формы   в   его   исходной   чистоте,   придет
зерцалоподобная  мудрость,  ослепительно-белая,  яркая и ясная,
пронзит тебя, так что не смогут выдержать глаза.
В  этот  миг не устрашись резкого, сверкающего, яркого и
ясного белого света, но пойми  его  как  мудрость.  С  верой  и
жаждой  устремись  к  нему, творя молитву: "Это луч сострадания
Благословенного Ваджрасаттвы, я обрету в  нем  прибежище".  Это
Благословенный  Ваджрасаттва  идет,  чтобы  принять  тебя среди
ужасов бардо, это крючок луча сострадания17 Ваджрасаттвы -- так
возжелай его.
Ощути устремление к  яркому,  сверкающему  белому  свету,  твори  эту
молитву   вдохновения,  сосредоточив  мысли  на  Благословенном
Ваджрасаттве:

О  сын благородной семьи, эти царства существуют не где-то
вовне, они вмещаются в четырех сторонах твоего  сердца,  а  его
центр  --  пятое  царство;  сейчас  же  они  исходят из сердца,
являясь перед тобой. И эти образы не  приходят  извне,  они  --
лишь  изначальная, непроизвольная игра твоего ума, -- познай же
их именно так. О сын благородной семьи, эти образы не велики  и
не  малы,  их  пропорции  совершенны.  Каждый из них имеет свои
украшения, одеяния, цвет, позу, свой трон и  свой  символ.  Они
развертываются пятью парами, и каждую пару окружает пятицветный
ореол.  Вся  мандала,  мужские  и  женские  божества всех семей
появятся полностью, сразу. Познай их, ибо они -- твои Идамы.

О сын благородной семьи, из сердца Будд пяти  семей  и  их
супруг  озарят  твое  сердце  лучи  четырех потоков мудрости --
тончайшие и ясные, как простертое сияние солнца.

Сначала озарит твое сердце из  сердца  Вайрочаны  мудрость
дхармадхату,  ткань из сияющих белых лучей, ярких и пугающих. В
этой лучистой ткани появятся сверкающие белые  диски,  ясные  и
яркие  как зеркала, обращенные вниз, обрамленные пятью меньшими
дисками, которые украшены еще более мелкими,  так  что  нет  ни
центра, ни границ света.

Из   сердца   Ваджрасаттвы,   в   светящейся  синей  ткани
зерцалоподобной мудрости появится синий диск,  как  опрокинутая
бирюзовая чаша в окружении других дисков.

Из   сердца   Ратнасамбхавы,  в  светящейся  желтой  ткани
мудрости  равновесия  появится   желтый   диск,   как   золотая
опрокинутая чаша в окружении других дисков.

Из  сердца  Амитабхи,  в светящейся красной ткани мудрости
распознавания появится сверкающий красный диск, как  коралловая
опрокинутая  чаша,  сияющий  глубоким  светом мудрости, ясный и
яркий, окруженный другими дисками, так что нет  ни  центра,  ни
границ света.

Они тоже озарят твое сердце.

О  сын благородной семьи, и они возникли из непроизвольной
игры твоего ума, а не пришли извне; поэтому не  увлекайся  ими,
не бойся их, пребудь расслабленным и свободным от мыслей. Тогда
все   образы   и   лучи  сольются  с  тобой,  и  ты  достигнешь
просветления.

О сын благородной семьи, это называется  слиянием  четырех
потоков  мудрости,  коридором  Ваджрасаттвы. В этот миг вспомни
прежние наставления своего учителя.  Если  ты  вспомнишь  смысл
рассказанного   тебе,  ты  поверишь  своим  прежним  ощущениям,
познаешь их как встречу матери  и  сына,  как  свидание  старых
друзей.  Отсекая  сомнение,  ты  узнаешь  свои  же проявления и
вступишь  на  чистый  неизменный  путь  абсолютной  сути;  вера
приведет   к  непрекращающейся  медитации,  ты  растворишься  в
великой самосущной мудрости и станешь Буддой в Теле Блаженства, который никогда не низойдет назад.

_________________
Не важно, что написано. Важно, как понято.
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение Посетить сайт автора
Sopheeya1984
Пользователь
Сообщения: 7738
Регистрация: 13.09.2012
Откуда: Москва
СообщениеДобавлено: Пн Ноя 13, 2017 23:54 Ответить с цитатой

О сын  благородной  семьи,  мирные  божества  являются  из
пустоты  Тела  Дхармы; познай это. Гневные божества являются из
сияния Тела Блаженства -- познай же это. Если в этот миг, когда
из твоего мозга выходят и являются перед тобой пятьдесят восемь
пьющих кровь божеств, ты узнаешь, что все являющееся  возникает
из   твоего   же   сияющего   ума--ты  тoтчac  станешь  Буддой,
неотделимым от пьющих кровь божеств

О сын благородной семьи, если ты  этого  не  познаешь,  ты
устрашишься их, устремишься прочь и придешь к новым страданиям.
Если  ты  этого  не  познаешь,  ты увидишь во всех пьющих кровь
божествах Владык Смерти и устрашишься их. Ты почувствуешь  себя
испуганным,  растерянным  и слабым. Твои собственные проявления
обратятся в демонов, и ты будешь блуждать в сансаре. Но если ты
не испытаешь ни влечения, ни страха, -- ты не будешь блуждать в
сансаре.

 О сын! Все, что ты  видишь,  как
бы  оно  ни было страшно, -- познай это как свое же проявление;
познай это как свет, естественное  сияние  твоего  собственного
ума.  Если  ты  это познаешь, ты станешь Буддой в тот же миг, в
этом нет сомнения. Без  промедления  придет  то,  что  называют
мгновенным совершенным просветлением. Помни!

О   сын   благородной  семьи,  когда  такими  явятся  твои
проявления --  не  устрашись.  Ты  обладаешь  умственным  телом
неосознанных  стремлений,  поэтому не можешь умереть, даже если
тебя убьют и разрежут на куски. Поистине,  ты  --  естественная
форма  пустоты,  поэтому  не нужно бояться. Владыки Смерти тоже
возникают из твоего собственного сияющего ума,  они  --  не  из
твердой  материи.  Пустота  не  может  повредить  пустоте. Будь
уверен, что мирные и гневные  божества,  пьющие  кровь  херука,
божества  со  звериными  головами,  радужный  свет, устрашающие
облики Владык Смерти и все прочее  не  существует  реально,  но
возникает  лишь  из  непроизвольной  игры  твоего  ума. Если ты
понимаешь это, ты естественно освободишься от всякого страха  и
в  нераздельном  слиянии станешь Буддой. Если ты так познал их,
они -- твои идамы.

Думай  напряженно  и  устремленно:  "Они   пришли,   чтобы
пригласить  меня  на  опасную  тропу  бардо;  я  обрету  в  них
прибежище". Помни о Трех Драгоценностях43. Помни о своем идаме;
назови его имя и молись ему такими словами: "Я блуждаю в  бардо
-- так  будь  моим  избавителем, с состраданием овладей мною, о
драгоценный идам". Назови имя твоего учителя и молись  ему:  "Я
блуждаю  в  бардо -- так будь моим избавителем, не покидай меня
своим состраданием". Устремленно молись пьющим кровь  божествам
и твори эту молитву вдохновения:

Когда  я  бреду  в  сансаре  сквозь  сильные  неосознанные
стремления, в сиянии  отказа  от  всякого  страха,  пусть  идут
передо  мной  Благословенные,  мирные и гневные, позади меня --
гневные  богини,  Царицы  Пространства;  помогите  мне   пройти
опасною тропою бардо, дабы я стал совершенным, как Будда.

Когда  я бреду один, и возникают пустые облики моих же проявлений, да  пошлют  Будды
силу  своего  сострадания,  чтобы  ужасы бардо не пришли. Когда
сияют пять светлых огней мудрости, пусть я  без  страха  познаю
себя;  когда  являются облики мирных и гневных божеств, пусть я
бесстрашно и уверенно познаю бардо.

Когда я страдаю под властью тяжкой  кармы,  пусть  рассеет
мой идам всякое страдание; когда звук абсолютной сути грохочет,
будто тысяча громов, пусть станет он звуком Шести Слогов.
Имеется   в   виду  шестисложная  мантра  бодхисаттвы
Авалокитешвары: "Ом мани падме хум". Эту мантру называют "сутью
всякого  счастья,  процветания  и  знания,  великим   средством
освобождения".  
некая  небрежная  в  вере женщина  попала  в  ад.  Ее благочестивый сын спустился туда за
нею.  Увидев  его,  она  сумела  по  памяти  прочитать   мантру
Авалокитешвары  и  тотчас  освободилась из ада, выведя вместе с
собой всех, кто ее слышал.

Когда  я следую своей карме и нет прибежища, да будет моим
прибежищем Владыка Великого Сострадания;  когда  я  страдаю  от
кармы   неосознанных   стремлений,   пусть   возникнет  самадхи
блаженства и света. Пусть не восстанут как враги  пять  стихий,
пусть я увижу царства пяти Будд.

Твори  эту  молитву  вдохновения с глубоким почтением. Все
страхи  исчезнут,  и  ты  несомненно  станешь  Буддой  в   Теле
Блаженства, потому это так важно; не отвлекайся же.


ЧАСТЬ III
Если  ты  не  можешь  понять,  представь над своей головой
своего идама или учителя и  постарайся  испытать  благоговение.
Это очень важно. Повторяю снова и снова -- не отвлекайся.


Поскольку ты теперь обладаешь умственным телом,
ты  не  можешь умереть, даже если убит и разрезан. Поистине, ты
-- естественная форма пустоты, и нет нужды бояться.  И  Владыка
Смерти  --  естественная  форма  пустоты,  твое  же  бессвязное
проявление, и  ты  --  пустота,  умственное  тело  неосознанных
стремлений. Пустота не может повредить пустоте, бескачественное
не  повредит бескачественному. Владыки Смерти, боги, злые духи,
демон с бычьей головой не обладают  никакой  иной  реальностью,
кроме твоих собственных бессвязных проявлений -- познай же это.
В этот миг познай, что все вокруг тебя есть бардо.

О сын благородной семьи, внимай, не отвлекаясь. Как только
ты познаешь это, ты достигнешь полного просветления  в  четырех
Телах Будды. Не отвлекайся. Это линия, которая разделяет Будд и
непросветленных живых существ. Об этом миге сказано:

Мгновение   --   они   разделены,   мгновение   --  полное
просветление

О  сын благородной семьи, итак, теперь твой ум в состоянии
бардо не имеет опоры, поэтому он легок и подвижен, и  какая  бы
мысль   в   нем   ни  возникла,  добрая  или  злая,  она  очень
могущественна;  не  думай  же  о  злых  делах,   но   помни   о
благочестивых  деяниях.  Если ты к ним не привык, вызови в себе
благоговение и чистые мысли.  Молись  своему  идаму  и  Владыке
Великого   Сострадания   и  сосредоточенно  твори  эту  молитву
вдохновения:

Когда я бреду один, разлученный с возлюбленными  друзьями,
и  возникают  пустые облики моих же проявлений, да пошлют Будды
силу своего сострадания, чтобы ужасы бардо не пришли.  Когда  я
страдаю под властью тяжкой кармы, пусть рассеет мой идам всякое
страдание:  когда  звук  абсолютной сути грохочет, будто тысяча
громов, пусть станет он звуком Шести  Слогов.  Когда  я  следую
своей  карме  и нет прибежища, да будет моим прибежищем Владыка Великого Сострадания: когда я  страдаю  от  кармы  неосознанных стремлений, пусть возникнет самадхи блаженства и света.

Горячо  твори эту молитву; это непременно приведет тебя на
путь. Будь абсолютно уверен, что тебя не обманывают, это  очень
важно.


О сын благородной семьи, в это время очень  важна  главная
мысль  наставления: какой бы свет ни воссиял, медитируй на него
как на Владыку Великого Сострадания. Медитируй на мысль о  том,
что  когда появляется свет -- это Владыка Великого Сострадания.
Это глубочайшая суть. Это чрезвычайно важно и  предохраняет  от
рождения.

Медитируй  долгое  время на своего божественного идама как
на видение, не обладающее собственной реальной природой, как на
мираж. Это называют чистым иллюзорным телом. Затем  пусть  идам исчезнет  с  краев  вовнутрь,  а  ты  пребудь  какое-то время в
непостижимом состоянии светоносной пустоты, которую  невозможно воспринять  как  нечто  конкретное.  Снова  медитируй на идама, затем опять на  светоносность.  Медитируй  так  попеременно,  а затем  пусть твой ум тоже исчезнет с краев вовнутрь. Везде, где есть пространство, есть сознание, и где есть сознание --  там есть  Тело  Дхармы;  покойся  же  в  простом  и самоотверженном состоянии Тела Дхармы.


О   сын   благородной   семьи,   ясно   представь   своего
божественного  Идама   как   видение,   которое   не   обладает
собственной  реальной  природой, как мираж, как oражение луны в
воде. Если у тебя нет  своего  Идама,  им  станет  сам  Владыка
Великого  Сострадания;  ясно  представь  его.  Затем пусть Идам
исчезнет с краев  вовнутрь,  ты  же  медитируй  на  светоносную
пустоту,  где не на чем остановиться мысли. Это глубокая тайна:
говорят, что благодаря ей предотвращается вхождение в  лоно  --
медитируй же именно так.


Сейчас,  когда  для меня восходит заря бардо возвращения в
сансару,  я  сосредоточу  свой   ум   и   постараюсь   продлить
воздействие  благой  кармы,  закрыть  врата  лона и помыслить о
противодействии, пришло время, когда нужны стойкость  и  чистая
мысль,  когда нужно отбросить ревность и медитировать на гуру и
его супругу.

Ясно и громко произнеси эти слова и напряги память:  очень
важно  медитировать  на смысл этих слов и практически исполнить
их.
Поэтому ты сейчас должен, не отвлекаясь,
сосредоточить свой  ум;  именно  сосредоточение  сейчас  важнее
всего. Это все равно, что уздою сдерживать лошадь. На чем бы ты
ни  сосредоточился  --  оно произойдет, поэтому не думай о злых
делах,  но  вспоминай  учение  Будды,  наставления  и  послания
учителей  и  предписания  книг,  таких, как это "Освобождение в
результате услышанного", о котором ты узнал  в  мире  людей,  и
стремись продлить воздействие благой кармы. Это очень важно.

Ничего  не  забывай,  не отвлекайся. Пришло время, которое
разделяет  восхождение  и  нисхождение;  пришло  время,   когда
мгновенная  лень  заставит  тебя  страдать  долго, очень долго;
пришло время, когда сосредоточение очень надолго  сделает  тебя
счастливым.   Сосредоточь   же   свой   ум;  стремись  продлить
воздействие благой кармы.

Настало время закрыть врата лона. Сказано:

Закрой врата лона  и  помысли  о  противодействии,  пришло
время, когда нужны стойкость и чистая мысль.

О  сын  благородной  семьи,  в  это  время появятся образы
мужчин и женщин, которые любят друг друга. Когда ты их увидишь,
не вступай в пространство  между  ними,  но  помни,  чго  нужно
медитировать  на  мужчину  и женщину как на гуру и его супругу.
Мысленно  склонись  перед  ними,  принеси   дары   с   глубоким
благоговением   и   попроси   наставлений;   если   ты   сильно
сосредоточишься на этой мысли, врата лона несомненно закроются.

Если же они не закроются и  ты  вот-вот  войдешь  в  лоно,
медитируй  на  гуру  и  его  супругу как на своего Идама или на
Владыку Великого Сострадания с супругой и мысленно  принеси  им
дары.   С  искренним  благоговением  попроси  их  одарить  тебя
духовными достижениями; это закроет врата лона.

Закрой врата лона  и  помысли  о  противодействии,  пришло
время,  когда  нужны  стойкость  и  чистая  мысль,  когда нужно
отбросить ревность и медитировать на гуру и его супругу.

О сын благородной семьи, когда в тебе  родятся  страсть  и
злоба,  медитируй  так:  "Теперь   я   никогда   не   испытаю  снова  страсть  и  злобу".
Сосредоточив свой ум только на этой мысли, я закрою врата  лона
-- так  говорят тантры. О сын благородной семьи, не отвлекайся;
сосредоточь свой ум на одном.


Но если даже после этого не  закроются  врата  лона  и  ты
вот-вот  войдешь  в  него,  следует  закрыть  врата  с  помощью
наставления о  нереальной,  иллюзорной  природе  всего  сущего.
Медитируй   так:   "Увы!   Отец  и  мать,  буря,  вихрь,  гром,
устрашающие  явления  и  все  видимое  --  призрачны  по  своей
истинной  природе.  Несмотря  на  то,  что  они появляются, они
нереальны. Все вещественное  ложно  и  неистинно.  Оно  --  как
мираж,  оно непостоянно, подвержено изменениям. Какая польза от
желания?  Какая  польза  от  страха?  Несуществующее  считается
существующим.  Все  это  -- проявления моего ума, и если сам ум
иллюзорен, не обладает самостоятельным  бытием,  то  как  могут
извне  возникнуть  все  эти явления? Прежде я этого не понимал,
поэтому я верил, что  существует  несуществующее,  что  истинно
неистинное,  что реальна иллюзия; поэтому я так долго блуждал в
сансаре. И если я не пойму, что это иллюзии, я все так же долго
буду блуждать в сансаре и, несомненно, низойду в грязное болото
страдания.  Теперь  я  знаю:  все  эти  явления  подобны  снам,
иллюзиям,     подобны     эху,  подобны  миражам,  образам,  оптическому обману,  отражению  луны в воде; они не реальны -- даже на миг. Несомненно, они не истинны, но ложны!"

Сосредоточение только на этом убеждении разрушает  веру  в
их  реальность,  и  когда  человек  в  этом  внутренне убежден,
преодолевается  самоуверенность.  Если  в  глубине  сердца   ты
поймешь эту нереальность, врата лона несомненно закроются.

Но  если даже после этого не разрушится вера в реальность,
не закроются врата лона и ты вот-вот в  него  войдешь  --  есть
мудрое указание.

О  сын благородной семьи, если даже после этого не закрыты
врата  лона,  их  следует  теперь  закрыть  пятым  способом  --
медитацией  на  изначальный  свет, которую нужно совершать так:
"Все вещественное -- это мой собственный ум,  и  этот  ум  есть
пустота, нерожденная и непрерывная". Думая об этом, поддерживай
свой  ум  в  естественном  и  неизменном  состоянии,  пусть  он
содержится в своей собственной сути, как вода, налитая  в  воду
-- свободный,  открытый,  расслабленный. Позволив ему покоиться
естественно и свободно, ты можешь быть уверен, что  врата  лона
несомненно будут закрыты для всех четырех видов рождения.


В  это  время  лучше  всего  созерцать  Великий
Символ  пустоты, но если ты не можешь этого делать, тогда прими
участие в игре иллюзии. Если ты не можешь делать  и  этого,  по
крайней  мере не привязывайся ни к чему, но медитируй на Идама,
на Владыку Великого Сострадания, и ты станешь Буддой на  уровне
Тела Блаженства в состоянии бардо.

Поскольку  ты  сейчас  обладаешь  тонким
сверхчувственным  восприятием, ты знаешь все места -- сделай же
выбор. Есть два наставления: о  перенесении  в  Чистое  Царство
Будды  и  о  выборе  нечистых  сансарических врат лона, поэтому
действуй так:

Перенесение  в  Чистое   Царство   Пространства,   царство
очищенных   качеств,  направляется  такими  словами:  "Ах,  как
печально, что я доныне остаюсь в этом грязном  болоте  сансары,
после столь долгих бесчисленных веков без начала или конца, и в
то  время  как многие другие уже стали Буддами, я еще не достиг
освобождения. Отныне я чувствую себя больным в этой сансаре,  я
страшусь  ее,  я  истощен  ею. Теперь пришло время готовиться к
уходу, поэтому я должен осуществить непроизвольное  рождение  в
цветке  лотоса  у  ног  Будды  Амитабхи  в  западном  Блаженном
Царстве". Сосредоточив мысли на Блаженном Царстве запада, можно осуществить  это  усилие.  Или  же  если  ты,  не   отвлекаясь,направишь сильную сосредоточенную мысль к любому царству, какое пожелаешь  --  будь  то  Чистое  Царство,  Царство  Совершенной Радости, Царство Плотно Наполненное,  Царство  Ивовых  Листьев,Гора  Пальмового Дерева или Дворец Света Лотоса в Ургьяне – ты немедленно родишься в  этом  царстве.  Или  если  ты  пожелаешь отправиться   к   Владыке   Майтрейе   в   Радостное   Царство, сосредоточься на этой мысли: "Сейчас, в состоянии бардо, пришло мне время  отправиться  к  Царю  Дхармы  Майтрейе  в  Радостное Царство,  поэтому  я отправлюсь", и ты непроизвольно родишься в сердце лотоса в непосредственной близости к Майтрейе.


Опять же,  очень  важно  сосредоточенно  думать:  "Я  буду
рожден  как  владыка  империи для блага всех живых существ, или
как   брахман,   подобный   дереву   "сала",   или   как    сын
волшебника-сиддхи,  или  в  семье  чистых последователей учения
Будды, или в семье, где и отец  и  мать  веруют;  воплощаясь  в
тело,  обладающее  достоинствами,  которые  могут  послужить во
благо всем живым существам, я сделаю добро".  Нужно  входить  в
лоно,  сосредоточившись  на  этой  мысли. В этот миг благослови
лоно, в которое  ты  входишь,  как  дворец  богов;  обратись  с
молитвой к Буддам и бодхисаттвам десяти направлений и к Идамам,
прежде всего к Владыке Великого Сострадания, и войди в лоно.

даже  если  врата лона кажутся хорошими, не доверяй  этому,  и  если  они  кажутся  дурными,  не   чувствуй неприязни. Истинная, глубокая, существенная тайна заключается в том,  чтобы  вступить в высшее состояние равновесия, где нет ни хорошего, ни плохого, ни приятия, ни отрицания, ни страсти,  ни злобы.

О  сын  благородной  семьи, если ты не знаешь, как избрать
врата лона и не можешь освободиться  от  страсти  и  злобы,  то
какие  бы  из  описанных  ощущений  ни  возникали, призывай Три
Драгоценности  и  обретай  в  них  прибежище.  Молись   Владыке
Великого Сострадания. Продолжай путь с высоко поднятой головой.
Теперь  вступи  в синий свет мира людей или в белый свет
мира богов; вступи в дворцы из самоцветов и в сады блаженства.


Примечания

Амитабха  ("Беспредельный  Свет")  возглавляет  "семью
лотоса".  Ее  основное качество -- влекущее, теплое, открытое и
сострадательное. Безграничный свет сияет естественно, не требуя
награды. Его огненная  природа  означает  не  агрессивность,  а
бесконечную  вместимость.  Лотос  растет  из ила, но цветок его
всегда  чист,  поэтому  он  выступает  и  как  символ  чистоты.
Павлиний   трон   означает   способность   благих  превращений:
буддийская мифология утверждает, что прекрасные цвета павлиньих
перьев объясняются поглощением ядов этой  птицей.  Имя  супруги
Амитабхи   --   Пандаравасини   ("Облеченная   в   белое")   --
ассоциируется с символикой легенды  об  одеянии,  сотканном  из
камня.   Очистить   его   может   только  огонь.  Пандаравасини
представляет  сущность  стихии  всевмещающего  огня,   чистоту,
совершенное     сострадание.     Бодхисаттва     Авалокитешвара
олицетворяет   всевидящее   сострадание,    которое    приходит
естественно, но не слепо, а глубоко осмысленно, всегда достигая
цели. Бодхисаттва Манджушри также ассоциируется с состраданием,
но  скорее  интеллектуальным, чем импульсивным. Он олицетворяет
звучание пустоты --  источник  всех  слов.  Бодхисаттва-женщина
Гита  поет под музыку Манджушри; ее спутница Алока держит лампу
или  факел.  Это   выражение   музыкального   ритма   и   света
сострадания.  Семья лотоса сияет светом мудрости распознавания,
осознания вещей такими, какие  они  есть:  это  необходимо  для
того,  чтобы  сострадание было целенаправленным и точным.


"Пустота   Тела  Дхармы"--непроявленная,  изначальная
Великая Пустота. В ней возникает "сияние  Тела  Блаженства"  --
лучистая,  небесная  форма  проявления  мира. Человек-микрокосм
тождествен макрокосму, поэтому через осознание лучистой природы собственного "сияющего  ума"  человек  достигает  состояния  на уровне Тела Блаженства.

_________________
Не важно, что написано. Важно, как понято.
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение Посетить сайт автора
Sopheeya1984
Пользователь
Сообщения: 7738
Регистрация: 13.09.2012
Откуда: Москва
СообщениеДобавлено: Вт Ноя 14, 2017 01:39 Ответить с цитатой

Взгляд Дзогчен на тантрическое Нёндро
Учение Его Святейшества Кьябдже Дуджом Ринпоче.

Изложено Нгакчанг Ринпоче с устных поучений данных Его Святейшеством Джигдрал Йеше Дордже Дуджом Ринпоче, первого Патриарха Школы Ньингма Тибета в эмиграции.

Полностью - тут:
http://ningma.org.ua/index.php?view=article&catid=44%3Aprecept&id=139%3Adzognendro&option=com_content&Itemid=71


Наставления, необходимые для формирования бодхичитты состоят в том, что вы должны обменивать своё собственное счастье на страдания других. На выдохе вы отдаете всё своё счастье и радость, и причины для них всем живым существам. А на вдохе, вы принимаете всю их боль и страдания для того, чтобы освободить их от них.

Вы можете подумать, что самсара подобна сновидению, и возможно просветление твёрдо и вечно, но Будда Шакьямуни сказал, что нирвана сама по себе как сон или сновидение – она иллюзорна. Не существует чего-то, что можно было бы назвать нирваной, нет такой ощутимой нирваны.

Будда Шакьямуни прямо говорил – «Форма есть пустота». Например, луна отражается в воде, но в воде нет никакой луны, и её никогда там не было! Нет формы, которую можно было бы схватить, она пуста! Далее Будда Шакьямуни продолжал –
«Пустота есть форма». Пустота сама по себе появляется на подобии формы, невозможно найти обнаружить пустоту отдельно от формы. Вы не можете их разделить. Вы не можете схватить их как отдельные вещи. Луна отражается в воде, но вода не является луной. Луна это не вода, однако вы не можете отделить луну от воды. Когда вы ясно это увидите на уровне непосредственного опыта, больше не будет самсары.. В пространстве реализации не существует ни самсары ни нирваны!

Но смотря на луну в воде, вы можете сказать – «Но она ведь там, я же её могу видеть!» Но когда вы попытаетесь достать её или потрогать – её там не окажется! Тоже самое и с мыслями, возникающими в Уме. Так вы можете спросить – «Как тогда они могут возникать?», но вам необходимо осознать, что всё происходит из взаимообусловленного возникновения. Что это значит? Это значит, что луна и вода не существуют отдельно. Чистая вода это первопричина, а луна это вторичная или содействующая причина. Когда эти две причины встречаются, тогда и проявляется результат взаимообусловленного возникновения. Это случайное проявление первичной причины и содействующей причины.

Прямо говоря, первичная причина или основа для самсары – это двойственность, искусственное разделение пустоты и формы. От этого все манифестации становятся содействующими причинами, в рамках кармического видения. Они встречаются и порождают проявление самсары, до тех пор, пока мы привязаны к форменному проявлению пустоты как к способу существования. Всё, что мы переживаем в самсаре, существует только взаимообусловленным образом. И вы должны это чётко и ясно понимать! Когда мы продвигаемся дальше, рассматривая природу взаимозависимого происхождения, мы не обнаруживаем ничего кроме пустоты. Поэтому не существует Дхармы отдельно от пустоты. Окончательным воззрением Махаяны (Тегчен) является пустота, однако эта точка зрения отсутствует в более низких учениях.

Когда вы посмотрите на ваш опыт существования взглядом медитации, вы начнете видеть всё вокруг как игру пустоты. Феномены (в относительных координатах) исчерпываются и наконец, вы пребываете в вашей сущностной природе, которая есть пустота. Но сказав это, вы можете подумать – «В таком случае мне ничего не надо делать». Но необходимо ли вам что-то делать или нет, зависит от вас. Это просто зависит от вашего ума. Однако иссохшего обсуждения пустоты недостаточно, вам необходимо увидеть её на практике и сделать актуальной для себя. Если ваш ум действительно пуст от рассудочных манипуляций, нет надежды, нет страха, нет отрицательностей – ваш ум становится свободным от них! Это как провести рукой в небе, чтобы не возникло оно полностью освобождено и беспрепятственно.

Целью медитации является пребывание в этом естественном состоянии. В этом состоянии все феномены прямо реализуют свою сущностную пустоту. Вот поэтому мы практикуем медитацию. Она очищает всё в его пустую природу. Сначала мы должны реализовать абсолютное, естественное состояние бытия – это пустота. Тогда, чтобы не проявлялось, оно видится как игра дхармакаи. Однако вне пустой природы существования возникают все эти относительные проявления, из которых мы создаем самсару. Вам необходимо понять очень чётко, чем вещи являются на самом деле в реальности, и как они проявляются в условиях двойственности. Очень важно обрести это Воззрение, потому что без него ваша медитация станет бесполезной. Просто сидеть и говорить – «Всё пусто» всё равно, что переворачивать чашку туда-сюда. Это маленькое пространство внутри чашки становится очень узкой, ограниченной пустотой. Из неё даже чая не попьёшь!

Выражая сущностное свойство Великой Матери (праджняпарамиты), пустоту, говорят – «Хотя вы и думаете о том, чтобы выразить природу Сутры Сердца, вы не можете обличить её в слова». Она полностью вне выражения, за пределами мысли и концепций. Она никогда не рождалась, и никогда не умирала. Если вы спросите «на что она похожа?», ответ будет – она подобна небу. Вы не можете найти пределов неба, также как невозможно найти его центр. Так, эта небесно-подобная природа есть символ пустоты, она пространственна, безгранична и свободна, бесконечной глубины и бесконечной ширины.

Но, произнеся это, вы можете сказать – «Ага, значит моё собственное ригпа, природа моего ума, подобна небу, свободному от всех границ». Но и даже это неверно! Оно не просто пусто, если вы посмотрите в него, вы что-нибудь да увидите. «Видеть» просто слово, которое мы используем для общения, но вы не можете «видеть» этого. Вы не можете медитировать на этом. Вы лишь можете пребывать в этом, и в том, чтобы не возникло в этом пространственном состоянии. Если вы видите истинную природу пустоты и формы как недвойственные – то, чем это реально является – вы видите Мать всех Будд. Все эти пояснения были даны для того, чтобы уточнить понятие об абсолютной бодхичитте.

Далее следует очищение Ваджарсаттвы (Дордже Семпа). В абсолютном смысле нечего очищать, нет того, кто бы мог вас очистить, и нет очищения. Но поскольку живые существа не способны пребывать в этом состоянии, дела немного усложняются. Омрачения и двойственные заблуждения возникают как условия от цепляния за форму, проявляющуюся как пустота.

В этом иллюзорном восприятии цепляния за форму, которая есть пустота, мы обрекаем себя на бесконечные страдания. По этой причине очищение становится относительным искусными методом. Для того чтобы очистить наши заблуждения, Дордже Семпа яб-юм возникает из вашего собственного истинного состояния ригпа и потоки нектара из тайной чакры их союза полностью очищают наши омрачения. Вы входите в созерцание визуализации и начитываете сто-слоговую мантру. И это является средством очищения. В естественном состоянии вещей всё чисто изначально – как небо. Это абсолютное очищение Дордже Семпа.

Теперь мы переходим к подношению мандалы (кйил-кор). Мандала подносится для накопления благих причин. Почему же нам необходимо накапливать благие причины? Потому что мы цепляемся к форме, которая по сути есть проявление пустоты, и так возникает самсара. Поэтому необходима практика полного отречения. Потому как есть иллюзия, которая является путем очищения от иллюзий, мы может применить её как относительный искусный метод. Поэтому вы можете очиститься, тем самым накопив благие причины. Когда вы предлагаете «мое тело, моё имущество и мою славу», это является относительным, символическим подношением мандалы. С абсолютной точки зрения все эти вещи пусты как пусто ясное небо.

Далее следует практика Лама Налджор (гуру-йоги). По причине цепляния за форму, которая есть проявление пустоты, появляется Лама, который воплощает чистоту ума. Он является объектом, по отношению к которому практик чувствует чистоту. Так как цепляния омрачают ум, и по причине того, что вы чувствуете чистоту восприятия по отношению к Ламе, оба вы и Лама, проявляются в сфере двойственности, как будто бы фундаментальная природа ваших Умов на уровне дхармакаи, не является одним и тем же. Поэтому на внешнем уровне вы визуализируете Ламу с полной преданностью и тогда вы получаете посвящение в его состояние недвойственности.

Всё это внешние, относительные практики Гуру-йоги, в которых вы призвали мудрость, символически проявляющуюся как Лама. Затем вы произносите ваджрные слова – «Лама растворяется в свете и соединяется со всем моим существом…» Посмотрите! Единый вкус ригпа и пустоты (риг-тонг) является истинным лицом Ламы!

Вы можете спросить, где же находится абсолютный Лама, но он не находится нигде кроме как в абсолютной природе Ума! Абсолютное состояние ригпа, это то, в котором Лама полностью объединяет изначальную мудрость и ясное пространство. Таким образом, просто продолжая пребывать в состоянии «как есть», вы реализуете Дзогчен практику Гуру-йоги.

Вот таким образом внешнее тантрическое нёндро соотносится с внутреннем нёндро в контексте учения Ати-йоги.

_________________
Не важно, что написано. Важно, как понято.
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение Посетить сайт автора
Sopheeya1984
Пользователь
Сообщения: 7738
Регистрация: 13.09.2012
Откуда: Москва
СообщениеДобавлено: Вт Ноя 14, 2017 03:09 Ответить с цитатой

Открытое сердце, ясный ум — Тубтен Чодрон
(с предисловием Далай-ламы XIV)

Цитата:
Тубтен Чодрон выросла недалеко от Лос-Анджелеса.
В 1971 году она получила степень бакалавра исторических наук в Калифорнийском Университете.
Тубтен Чодрон училась и практиковала буддизм тибетской традиции на протяжении многих лет в Индии и Непале под руководством Его святейшества Далай-ламы .
Тубтен путешествует по всему миру.
Она делает акцент на практическом применение учений Будды в нашей повседневной жизни, она хорошо известна за свои теплые и ясные учения.





Полностью - тут:
http://www.theosophy.ru/lib/serdc-um.htm


Тубтен Чодрон ОТКРЫТОЕ СЕРДЦЕ, ЯСНЫЙ УМ

В буддизме целью являются простота, ясность и непосредственность. Тот, кто обладает этими качествами, необычаен. С простотой мы оставляем лицемерие и себялюбие, тем самым позволяя беспристрастным любви и состраданию взрасти в нашем уме. С ясностью мы покидаем заблуждения неведения, заменяя их на непосредственное восприятие действительности. С непосредственностью мы более не подвержены импульсивным мыслям.
Согласно буддизму, все существа должны получать удовольствие и быть счастливыми.
Буддизм направляет нас к высшему счастью, которое проистекает от преображения нашего ума.

Великий индийский мудрец и логик Дхармакирти сказал:
Природа ума есть ясный свет, А омрачения временны.
Дхармакирти подтверждает нашу способность стать буддами, заявляя, что природа ума есть ясный свет. Это имеет два смысла, соответственно двум видам потенциала будды. Во-первых, наш ум есть ясный свет потому, что он пуст от всех надуманных способов существования. Когда наша мудрость непосредственно постигает этот ясный свет, пустоту собственного существования, тогда мы можем полностью, до самых корней устранить беспокоящие эмоции.

Во-вторых, ум есть ясный свет потому, что его природа ясности и осознавания всегда с ним. Беспокоящие эмоции и кармические следы не смешаны с этой ясностью и познающей природой ума. Иными словами, мы не есть наш гнев, мы не есть наши плохие качества. Они являются омрачениями, которые можно устранить.
Иногда наш потенциал будды сравнивают с медом, окруженным разъяренными пчелами, или с чистым золотом, запачканным нечистотами. И пчелы, и нечистоты, подобно беспокоящим эмоциям и следам действий, являются временными препятствиями.

_________________
Не важно, что написано. Важно, как понято.
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение Посетить сайт автора
Sopheeya1984
Пользователь
Сообщения: 7738
Регистрация: 13.09.2012
Откуда: Москва
СообщениеДобавлено: Вт Ноя 14, 2017 03:31 Ответить с цитатой

Обретение душевного покоя и просветления - Калу Римпоче
(Один из первых тибетских учителей буддизма на Западе)

Полностью - тут:
http://subarin.dyndns.tv/~subarin/dsk0/BUDDHIST%20ARCHIV/BOOKS/knigi%202/kalu03.htm

***********

ОБРЕТЕНИЕ ДУШЕВНОГО ПОКОЯ И ПРОСВЕТЛЕНИЯ ПОСРЕДСТВОМ МЕДИТАЦИИ
Наставления достопочтенного Калу Римпоче

Когда вы что-то потеряли, вы не видите этой вещи и не знаете, где она. Точно таким же образом вы не распознаете истинную природу своего ума. Это и есть неведение. Откуда же берется само неведение? С самого рождения у вас есть глаза, тем не менее, ваши глаза не могут видеть ни вашего лица, ни самих себя, хотя и видят все остальное. Точно так же неведение - это попросту неспособность ума видеть самого себя, узнавать себя. То, что ум и неведение всегда сосуществовали, называется "изначальным неведением". Нельзя сказать, что неведение стало омрачать ум с какого-то времени в прошлом, так же, как нельзя найти в земле чистое золото. До очистки золото всегда сосуществовало с золотоносной рудой. Руду к золоту не добавляли.
Неведение подразумевает нераспознание трех основополагающих качеств ума. Не распознавая пустоту ума, вы принимаете ее за "Я".

Когда наступает смерть, "я" в растерянности и испытывает ужасные страдания и страхи, которые приводят к падению в глубокий обморок, в состояние полной бессознательности, длящееся обычно три с половиной дня. Этот пустой промежуток составляет первый период бардо, называемый бардо истинной природы (дхармата). Затем обманчивые (иллюзорные) видения, подобные тем, что мы испытываем сейчас, начинают появляться и, в соответствии с ними, ум испытывает всевозможные радости и страдания. Этот второй период бардо называется бардо становления.
Вкратце, все, что мы испытываем, имеет своей основой ум, который есть пустота, ясность и различающее знание. Для того, чтобы обрести уверенность в отношении этой основополагающей природы ума, необходима практика созерцания.

_________________
Не важно, что написано. Важно, как понято.
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение Посетить сайт автора
Sopheeya1984
Пользователь
Сообщения: 7738
Регистрация: 13.09.2012
Откуда: Москва
СообщениеДобавлено: Вт Ноя 14, 2017 08:22 Ответить с цитатой

Стивен Левин - Постепенное пробуждение. Практическое введение в медитацию

Цитата:
Превосходная книга для тех, кто только начинает заниматься медитацией, и для тех, кто стремится к достижению духовного прорыва к самопознанию.
Книга "Постепенное пробуждение" написана общедоступным языком, акцент в ней делается на "любящей доброте" и сострадании к другим людям, а не на узко понятом преодолении своего эго.
Искренняя, практическая книга, автор которой делает Срединный Путь буддизма доступным для каждого человека.
"Стивен Левин описывает медитативную практику и ответственность перед обществом так, что эти темы не кажутся читателю ни слишком абстрактными, ни бессодержательными".


Полностью - тут:
http://e-puzzle.ru/page.php?id=4637



_________________
Не важно, что написано. Важно, как понято.
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение Посетить сайт автора
Sopheeya1984
Пользователь
Сообщения: 7738
Регистрация: 13.09.2012
Откуда: Москва
СообщениеДобавлено: Вт Ноя 14, 2017 08:22 Ответить с цитатой

Стивен Левин. Постепенное пробуждение. Практическое введение в медитацию


1. Осознавание

Для многих медитация - чуждое понятие, нечто отдаленное и зловещее, занятие,
участие в котором кажется невозможным. Но есть и другое слово для обозначения
медитации - это просто осознавание. Медитация и есть осознавание.

В этой книге предлагается простая буддийская практика внимательности, приводящая
нас к целостности, к естественной полноте. В основе практики - непосредственное
соучастие в каждом мгновенье настоящего с возможно большим осознанием и
пониманием.

В медитации эти качества усиливаются благодаря систематичным, ненатужным, но и
неослабным методикам. Чтобы развить сосредоточенность, мы избираем какой-нибудь
единственный объект осознавания; это тогда основной объект, и вниманию должно
"приходить на ум", возвращаться к нему и удерживаться на нем. Основное различие
между разными формами медитации, будь то трансцендентальная медитация, пляски
суфиев, проработка дзэнских коанов, медитации сидя, христианская молитва,
распевание мантры, прислушивание к потоку внутренних звуков, кружение света,
наблюдение ощущений внутри тела, методы зрительного воображения или слежения за
дыханием, - заключено в первичном объекте, сосредоточенность на котором
развивают в ходе медитации. Мы избираем некоторый основной объект и работаем с
ним, - будет ли он чем-то создаваемым нами в содержательной сфере, скажем,
повторением слов, или идеей любящей доброты, или чем-то таким, что уже всегда
присутствует, как ощущения в теле.

Внимательность к дыханию представляет собой мощное средство для развития
сосредоточенности. Дыхание - великолепный объект, потому что оно есть постоянная
часть нашего переживания, а также и потому, что дыхание изменчиво, и чтобы
сообразоваться с его изменениями, осознавание должно стать очень тонким.
Осознавание следит за ощущениями, которые имеют место одновременно с
естественными вдохами и выдохами. Осознавание проникает в тонкие ощущения,
сопутствующие каждому дыханию. Когда мы переносим внимание на уровень ощущения,
мы меньше вязнем в словесном уровне, на котором тон задает всё многоголосие
мысли, обычно находящееся во "внутреннем диалоге".

Этот "внутренний диалог" всегда комментирует, выносит суждения, планирует. В нем
содержится множество мыслей о себе, мнительности и робости. Он застит свет нашей
природной мудрости; сужает наше виденье того, что мы есть; производит много шуму
и привлекает наше внимание только к доле той реальности, в которой мы
существуем. А вот когда осознавание нацелилось и сфокусировано на вдохе и
выдохе, то все прочие аспекты ума и тела, как процесса, сами собою попадают в
отчетливый фокус при самом своем зарождении. Медитация вводит нас в
непосредственное соприкосновение с большей частью того, что мы такое, - т.е.
дает нам прямое переживание этого.

Когда, например, мы наблюдаем ум, словно проецируемый на экран кинофильм, то по
мере углубления сосредоточенности он, возможно, станет прокручиваться медленнее,
а это позволит нам заметить побольше из происходящего. А само это обстоятельство
*** наше осознавание и позволяет нам далее видеть этот фильм почти по
кадрам, показывая, каким образом одна мысль неощутимо ведет к следующей. И мы
увидим, что мысли, которые мы принимали за "себя" и считали "своими", окажутся
всего лишь разворачивающимися процессами. Так детальный обзор помогает сломить
наше глубокое самоотождествление с якобы твердой реальностью ума-кинофильма. В
меру того, что мы делаемся меньше вовлечены в эту мелодраму, мы просто видим,
как она течет, и сможем пронаблюдать ее всю, как она проходит. Мы не вовлекаемся
в действие даже настолько, чтобы высказать комментирующую оценку или на
мгновение проявить нетерпеливость.

Когда мы просто видим то, что происходит, миг за мигом, наблюдаем без суждений
или предпочтений, мы не теряемся в мыслях, вроде таких: "Этот миг для меня лучше
того, эта приятная мысль мне нравится больше, чем боль в колене". По мере того,
как мы приступаем к развитию этого осознавания всего без разбора, то, что
попадает в пределы поля осознавания, оказывается весьма примечательным: мы
начинаем видеть корень, из которого растет мысль. Мы видим то намерение, откуда
приходит поступок. Мы наблюдаем естественный процесс ума и обнаруживаем, сколь
много из того, что мы лелеяли и считали собой, есть по сути вещей безличные
явления, проходящие одно за другим.

Мы обнаруживаем, что нам на деле нет нужды задавать кому-либо какие бы то ни
было вопросы, нет нужды искать ответов вне самих себя. Когда мы проникаем в
поток, он оказывается ответом. Задавание вопроса и есть уже ответ. Когда мы
спрашиваем: "Кто я?" - мы есть те процессы, которые задают этот вопрос.

Когда осознавание проникает чуть поглубже, мы обнаруживаем, что наделили
мыслящий ум реальностью, которой он независимо от нас не обладает, - т.е.
абсолютной реальностью, не понимая, что он есть относительная часть чего-то
гораздо большего. Если отделаться от запойного думания, мы обнаруживаем, что
обычно замечали лишь немногое в необычайной активности сознания, и что
привязанность к думанию заслонила нам все остальное. Думающий ум - это нечто
совсем иное, нежели открытое осознавание без разбора, которое позволяет всему
раскрыться в должной мере. Думание выбирает мысли; оно работает, измеряет,
планирует; оно создает реальность вместо того, чтобы непосредственно переживать
то, что налицо и происходит каждое мгновенье.

Когда мы обращаем внимание на постоянное движение ума, мы видим, что даже
"наблюдатель" становится частью этого потока. Тот, который спрашивает: "Кто же
наблюдает?" - это еще одна мгновенная вспышка мысли, замеченной нами; нет
"никого", кто наблюдает; налицо только осознавание. Когда "я" становится всего
лишь еще чем-то, наблюдаемым в потоке, мы видим, что сами не отличаемся от чего-
либо прочего во Вселенной. Становится очевидной истинная природа бытия, потому
что не остается ничего отдельного, ничего препятствующего нашей тотальности. Мы
видим: то, что вызывает движение одной мысли и ее переход в другую, - это все та
же самая энергия, которая движет звезды по небу. Разницы нет. Мы представляем
собой природное явление, такой же продукт условий, полный изменений, как океан
или ветер.

Мы видим, что природа сознания работает, отчасти напоминая руку Бога на
знаменитой фреске Сикстинской капеллы: она вытянута, чтобы дать жизнь ожидающему
ее существу, существу, готовому получить искру. И мгновенье за мгновеньем мы
получаем эту искру, искру сознания, способности познания. Ее приятие возникает
при соприкосновении осознавания с его объектом, зрения - с видимым деревом,
слуха - со слышимой музыкой, осязания - с осязаемой землей, вкуса - с выпиваемой
водой, обоняния - с обоняемым ароматом цветка, помысла - с содержанием
представления. От мига к мигу сознание возникает заново в связи с каждым
объектом чувств, включая внутренние чувства воображения и памяти. Это
возникновение и исчезновение всего, что мы знаем о своем жизненном опыте.
Вступление внимательности в этот процесс будет обнаружением ежемгновенного
начала вещей, длящегося творения Вселенной.

Достаточно интересно то обстоятельство, что именно этот акт творения оказывается
величайшей причиной превратного понимания в нашей жизни. Или, точнее говоря,
именно наше самоотождествление с этим текучим процессом, как с "я", и становится
проблемой. Как раз этот неверный взгляд на естественное развертывание лежит в
основе большей части нашей полусонной слепоты и иллюзий. Сознание само собой
возникает как результат соприкосновения осознавания и его объекта. Это
"познавание" есть следствие естественного процесса, который существует сам по
себе, без необходимости в добавочном "познающем" субъекте, в некоем "я", которое
так или иначе предполагает ответственность за этот по сути своей безличный
процесс. Это прокладочное "я" не дает нам участвовать в прямом переживании
потока, т.е. всеобщей природы нашего существа.

Ауробиндо сказал: "Быть сполна - значит быть всем, что есть". Переживания
приходят и уходят. Если мы отождествляемся с ними, притязаем на то, что они -
это "я" или "мои", оцениваем их или привязываемся к ним, если мы застреваем в
какой-то части текущего процесса, мы не видим, что явление, обозначенное как
"я", постоянно рождается и умирает, что как процесс осознавания, так и объект,
появляются и исчезают сотни раз в течение каждой секунды.

И когда осознавание глубже проникнет в этот поток, мы почувствуем, что
естественное состояние нашего бытия, которое кто-то называет "умом мудрости" или "природой Будды", подобно солнцу: оно всегда сияет и всегда присутствует, хотя
часто бывает скрыто облаками. Мы отделены от своего естественного света облаками мысли, желаний и страхов, тучами обусловленного ума, ураганом "я есмь".

_________________
Не важно, что написано. Важно, как понято.
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение Посетить сайт автора
Sopheeya1984
Пользователь
Сообщения: 7738
Регистрация: 13.09.2012
Откуда: Москва
СообщениеДобавлено: Вт Ноя 14, 2017 10:58 Ответить с цитатой




2. Сила мудрости

Все мы обладаем знанием, все мы способны передать множество весьма далеко идущих идей. Но если "познаванию" не предшествует мудрость, тогда знание оказывается "с чужого плеча", чужим, не нашим пониманием, ему недостает глубины. Вот почему два человека могут пользоваться одним и тем же языком, чтобы передать одно и то же
содержание, но слова одного проникнут глубоко в наши сердца, тогда как слова
другого лишь рикошетом заденут ум. Сила переживания, скрытая за словами, бытие, скрытое за познанием, - это и есть мудрость, подлинная передача.

Назначение этой книги не в том, чтобы поделиться каким-то знанием, а в том,
чтобы указать, что мудрость можно обрести внутри каждого из нас; и что усилие,
потребное для установления равновесия ума, так чтобы он стал прозрачно-
сияющим, - все мы должны выполнить для себя сами.

Один из аспектов силы мудрости - это ее способность прорваться сквозь то, что мы
прежде считали реальным. Всякий раз, когда мы узнаем что-то новое, мы отвергаем какое-то старое мнение; мы меняем мнения. А мудрость - это тишина, внутренний свет, в котором нам видно, что представляют собой мнения сами по себе, - не просто то, чем это мнение противоположно тому, но в чем заключается само обладание мнениями.

Когда начинаешь медитацию, становится вполне ясно, что все изменяется от
мгновенья к мгновенью. Посидишь минут пять, стараясь удержать внимание на
дыхании, и частенько думаешь: "Не могу удержать внимание на том, на чем хочется.
Оно уходит к этой мысли, затем к той, потом к этому ощущению, к тому запаху,
далее к какому-то звуку, а после него..." И замечаешь, что перед умственным
взором проходит один предмет за другим. Видно воочию, что все это - поток
постоянных перемен, приход и уход, и каждый миг ведет к следующему.

Это прозрение кажется до того простым, что его, вроде бы, и не стоит называть
мудростью. Но когда переживаешь изменчивость глубоко, когда глубоко понимаешь, что нет ничего постоянного, наша мудрость возрастает. А потом открывается вот что: ничто из желанного не в состоянии дать нам удовлетворения надолго, ибо все текуче, ничто не остается навсегда. Что бы это ни было - изысканнейшее кушанье, глубочайшее сексуальное наслаждение, сильнейшее чувственное удовольствие - ничто во Вселенной не может дать удовлетворения надолго; все придет и уйдет. Именно это состояние дел, сообщающее нам такую тонкую неудовлетворенность, едва заметное чувство тошноты, мы носим внутри себя большую часть времени, даже тогда, когда получаем то, чего хотим, - потому что в глубине души знаем, что в конце концов все изменится.

К примеру, понятие дерева - это крупная и устойчивая вещь, а не растущий и меняющийся организм с едва заметными отличиями от любого другого представителя своего вида, меняющийся под влиянием погоды, подверженный внешним воздействиям и условиям. Для мира, полного изменений, у нас имеются застывшие, неизменные понятия - ярлыки; и это, конечно, порождает разрыв между понятием и реальностью, результатом чего будет напряжение. Мы реально не видим реальности. Мы видим только отбрасываемые ею тени, и вот эти-то тени и есть наши понятия, наши определения, наши представления об этом мире. Привязанность к таким понятиям создает желание, чтобы мир соответствовал нашему представлению о том, каким ему быть; но перемены зачастую сталкивают наши представления с весьма отличной от них реальностью, что
может вызвать в нас чувство гнева или поражения; и мы окажемся как-то
отъединенными от истины вещей из-за негибкой связанности своею точкой зрения.

Любопытно, что среди всех этих перемен мы обычно переживаем не столько то, что происходит, а то, что думаем о происходящем. Сидя и слушая, мы не переживаем слушанья; мы переживаем до некоторой степени текущий комментарий к тому, что говорится, возможно, суждение или сравнение со сходными понятиями, или поток мысленных ассоциаций, вызванный в памяти разговором. На одном уровне, конечно, все, что действительно происходит, - это движение звука в воздухе, который давит на наши барабанные перепонки; благодаря памяти и механизмам восприятия ум узнаёт то, что говорится.

Итак, мы видим, что наши переживания - это переживания не того, что
действительно происходит, а скорее переживания мира мысли. Большая часть нашего переживания - это сноподобное отражение в уме. Мы переживаем не столько само виденье, сколько то, что думаем о видимом, не столько то, что слышим, сколько то, что думаем о слушаемом.

Очевидный пример того, как много мы вкладываем в сферу мыслимого, принадлежит нашему отношению к чувству осязания. Например, мы протягиваем руку, чтобы коснуться своего сексуального партнера, и это считается приятным ощущением; но когда рука касается кучи отбросов, это ощущение считают неприятным; или, если она прикасается к стене, ощущение можно считать безразличным. Но все, что действительно происходит, - это давление на кончики пальцев; все остальное - это понятийные мыслеформы, проецируемые желанием и обусловленностью.

Большую часть нашего мира наплел ум. Сила мудрости состоит в том, чтобы
пробудить нас для прямого переживания вещей такими, каковы они есть. Она
рассеивает нашу сонную слепоту и дает нам возможность больше жить своей жизнью, а не просто переживать мир в области понятий, где то, что мы называем
реальностью, оказывается сном и тенью сна.


3. Нуждающийся ум

В основе обусловленного ума лежит нужда. Нужда принимает много форм. Нужно
пребывать в безопасности; нужно быть счастливым. Нужно выжить; нужно быть
любимым. Есть и особые нужды: желанные предметы, дружба с кем-то, виды еды, тот или иной цвет, то или иное окружение. Есть нужда не испытывать боли. Есть и
нужда быть просветленным. Наконец есть и нужда в том, чтобы вещи были такими,
какими нам хочется.

Наши мечты представляют собой воображаемые образы получения того, что нам нужно; кошмары - воображение отделенности от того, что нам нужно. Планирующий ум старается обеспечить удовлетворение потребностей; вообще большая часть помыслов основана на удовлетворении желаний. Поэтому многие помыслы имеют своим корнем неудовлетворенность тем, что есть. Нужда есть требование к следующему мгновению содержать то, чего не содержит настоящее. Если в уме существует какая-то нужда, то такой момент ощущается как неполный. Нужда представляет собой поиски где-то в другом месте. Полнота есть пребывание именно здесь.

Когда видишь, насколько глубока нужда, присущая уму, видишь и глубину
неудовлетворенности, потому что нужду удовлетворить невозможно: едва покончишь с одним желанием, так будет другое. И пока мы пытаемся удовлетворить желания, мы растим нужды.

По иронии вещей, когда переживаешь глубину неудовлетворенности в нуждающемся уме, то за этим следует великая радость. Ведь когда видишь, что никакой объект ума не может нас сам по себе удовлетворить, тогда ничто возникающее уже не увлечет нас; и начинаешь освобождаться, потому что нет ничего, за что стоило бы цепляться. Чем лучше видишь, как нуждается ум, тем лучше видишь и то, как эта нужда затемняет настоящее. Уразумение того обстоятельства, что нет ничего, за что стоит цепляться, т.е. ничего, способного обеспечить удовлетворение надолго, показывает, что нам некуда идти, нечего иметь, не надо быть чем-то; это и есть свобода.

это видение избавило меня от множества вожделений, от
помыслов, что-де все мои желания должны быть удовлетворены, о том, что я
принужден реагировать на все, что возникает у меня в уме. Я увидел, что вещи
способны как-то существовать, не вызывая необходимости ответных действий,
суждений или даже отталкивания. Можно просто их наблюдать.

Когда я увидел, как обширно, как могущественно желание в уме, я испугался. Я
подумал, что отсюда нет выхода; и не понимал, что та сила, благодаря которой я
распознал это состояние страдания, сама по себе была выходом. Постепенно зрелище неудовлетворительной природы большей части содержания ума стало открывать мне путь к свободе. Когда мы видим, что предмет нашего влечения объят пламенем, мы перестаем тянуться к нему. Ум понемногу меняет обусловленность, чтобы видеть то, что он делает.

Когда нужда становится объектом наблюдения, мы наблюдаем ее с ясным вниманием, которое не окрашено суждением или выбором; это простое, голое внимание без всяких примесей, открытость для восприятия вещей такими, каковы они есть. Мы видим, что нужды - это автоматические, обусловленные требования в уме. И мы наблюдаем эти нужды, не оценивая себя за это. Мы не хотим нетерпеливо избавиться от этой постоянной нужды. Мы просто наблюдаем ее.

И только такое голое внимание, такое отсутствие нужды, способное быть на месте в нужный момент, обладает силой освободить нас, освободить нашу подневольную
реакцию на нужду. Связь рвется, нас перестает обусловленно тащить в сторону
удовлетворения наших нужд. Каждое мгновение отсутствия нужды - это мгновенье
свободы. Внимательность не мешает существовать этому отсутствию нужды. Когда
налицо одно лишь чистое внимание, тогда существует только наблюдение, тогда нет нужды. Если наблюдаешь желание, нужда перестает искать объект, чтобы
удовлетвориться, и сама нужда становится объектом внимания; тогда поглощается
тот импульс, который ведет к поступку.

Когда начинаешь видеть, что освобождает нас, а что нет, начинаешь также отличать то, что создает большее вожделение, более болезненную нужду, от того, что приведет тебя к мудрости и сделает свободным.
когда мы сами ощущаем вкус свободы, то сам этот вкус убеждает нас.

Естественная деятельность ума - блуждания. Словно обезьяна, прыгающая с одного дерева на другое, он перескакивает с одной мысли на другую. Если он уже пришел в движение, он просто движется. Помыслы думают себя.
Поэтому мы наблюдаем ум, пользуясь им как средством, чтобы увидеть то, что
скрывается за ним.

_________________
Не важно, что написано. Важно, как понято.
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение Посетить сайт автора
Sopheeya1984
Пользователь
Сообщения: 7738
Регистрация: 13.09.2012
Откуда: Москва
СообщениеДобавлено: Вт Ноя 14, 2017 12:08 Ответить с цитатой

Внимательность к дыханию

Для развития такой внимательности культивируется сосредоточение на дыхании, как на первичном объекте внимания; это не мысль о дыхании, а острое и постоянное осознание ощущения дыхания. Внимание направлено именно на это осязательное чувство.

Есть две главные зоны, где ощущение дыхания всего заметнее. Лучше всего взять
одну из них и оставаться на ней. Касание дыхания можно легко почувствовать в
ноздрях. Это первый из объектов сосредоточения, предлагаемых на выбор. Если
избирается именно он, мы не следуем за входящим и выходящим дыханием; мы просто остаемся в одной этой точке, выбранной около кончика носа или в ноздрях, - там, где ощущение более всего заметно, - и отмечаем ощущение проходящего дыхания. Мы выбираем точку соприкосновения и устанавливаем на этом месте осознание, ведем отсюда наблюдение. Это - не какая-то умственная картина, а физическое ощущение.
Мы можем чувствовать, как дыхание входит и выходит. Мы открываем свое
осознавание, чтобы сфокусировать его на переживании ощущения, и содействуем
возвращению осознавания к этому месту.

Такое осознавание ощущений, сопровождающих каждое дыхание, становится как бы авансценой внимания. Хотя в скрытых глубинах нашего существа могут возникать мысли и другие ощущения, не требуется никакой энергии, чтобы их удалять или как-то на них воздействовать. Они приходят и уходят, как им заблагорассудится. Если они отвлекают внимание от дыхания, мягкая настойчивость при возвращении его к дыханию и усиливает сосредоточенность, и культивирует способность к освобождению от них.

Другой участок, где дыхание вполне заметно, - это та область, где поднимается и
опадает живот. Внимание наблюдает ощущения подъема и падения, когда они
происходят сами по себе с каждым новым дыханием. Дыхание станет тонким; но мы наблюдаем его таким, каково оно есть; нам не нужно ничего делать. Это не какое-то дыхательное упражнение, а упражнение в осознавании.

Переходить с одного
места на другое - все равно, что копать для колодца несколько пустых скважин.
Если мы хотим докопаться до воды, мы копаем землю прямо вниз на одном месте.

Это захватывающий процесс. В действительности нет никакой цели, кроме познавания того, что происходит именно сейчас.

Отметки

На ранних ступенях практики мы можем пожелать в качестве вспомогательного приема делать в уме отметки - "вдох" при каждом вдохе через ноздри и "выдох" при каждом выдохе; Отметки могут быть весьма полезным орудием для того, чтобы удерживать нас в состоянии бдения по отношению к процессу настоящего момента, - например, такие отметки, как "помыслы, помыслы", когда вторгаются помыслы, или "пахнет, пахнет", когда воспринято дуновение какого-то запаха, или "слушанье, слушанье", когда мимо проезжает автомобиль. Отметки - это техника, которая удерживает нас в колее.

Страх или похотливые мечтания представляют собой два особых примера, когда может потребоваться сознательное вспоминание, обеспечиваемое отметками.

Отметки позволяют нам мягко, но настойчиво оставаться со своим переживанием,
признавая все, что временно получает преобладание, как только то возникает.
Когда внимание занято привычным блужданием, мы обнаруживаем это блуждание и осторожно возвращаем его к дыханию. Мы не пытаемся принудить ум, не стараемся насильно удерживать его на объекте. Насилие создает неподвижность ума, особого рода целевое ориентирование, которое желает, чтобы вещи были другими; а это представляет собой давление на данный момент, попытку пробиться в будущее. Здесь налицо неуклюжий ум, ум, переполненный собой и деланьем.

Ощущения

Много разных ощущений можно отметить по мере того, как *** осознавание.
Когда мы получаем послания от тела, мы просто к ним прислушиваемся. Если мы
чувствуем неудобство, мы просто отмечаем его: "неудобство", - не напрягаясь, не
становясь жесткими. Если имеет место боль, мы *** кругом нее и
отмечаем ее: "боль, боль", - или каким-нибудь другим словом, естественным для
нашего чувствования. Лучше всего не двигаться, отмечая побуждение к движению,
побуждение избегнуть неудобства; дайте телу возможность просто сидеть. Чем тише будет тело, тем тише и ум.

Когда мы прислушиваемся к ощущениям - или с каждым дыханием, или в виде чувств внутри тела, - мы не находимся на том уровне, где производятся слова. Мы
прерываем внутренний диалог, постоянное комментирование ума, мы прорываемся
сквозь то место, где происходит думание, и переживаем процесс непосредственно.
Именно прямое переживание подобного рода раскрывает интуицию и прозрение,
свойственные уму-мудрости, что приводит ум лицом к лицу с собой.

Помыслы

Помыслы - это объекты ума. Их можно видеть, когда они, подобно пузырям,
пересекают поле сознавания. Обычно помысел сформулирован в словах; но он может выразиться и в зрительном образе или в каком-то запомнившемся чувственном впечатлении, пока не сорвется в галопирующей фантазии. При наблюдении помыслов важно не комментировать, не выносить суждений об их содержании, а просто ясно видеть их, когда они возникают. Думание о думании - это не медитация.

Мы следим за дыханием, и при этом появляются помыслы; мы можем отметить их:
"помыслы, помыслы" - и вернуться к отметкам дыхания. Отмечайте просто, что это "помыслы, помыслы", и снова возвращайтесь к дыханию. Оставайтесь простыми и легкими.

возвращение к дыханию помогает нам открыть силу освобождения и *** нашу способность оставить обусловленное вожделение ума. Нет надобности тревожиться из-за того, что какая-то хорошая идея или решение какой-либо давнишней проблемы будут утрачены; то, что обладает ценностью, окажется в надлежащий момент доступным.

Углубление сосредоточенности - это естественный процесс, подобный способности
мускулов усиливаться при продолжительном пользовании. Всякий раз, когда мы
возвращаемся к дыханию, наша сосредоточенность усиливается. Ум может заметить это и сделать вывод: "Лучше выходит"; если не распознать в этом помысел, такое отношение становится отвлекающим умом, менее сосредоточенным на действии, а более создающим себя. Освобождение от "знания" позволяет нам переживать вещи непосредственно, каковы они есть.

Пока мы отождествляем себя с содержанием ума, мы не свободны по-настоящему.
Различие между пребыванием в рабстве и состоянием освобождения - это различие
между думанием и признанием помысла за помысел.

Волевое действие

Наблюдая намерение, предшествующее волевой активности, мы начинаем свергать власть желания с ее трона, - а ведь она бессознательно обусловливает наши действия; благодаря этому мы приобретаем чуть больше свободы в своей жизни. Перед каждым словом или жестом намерение незаметно предшествует активности; это переводит энергию от желания к действованию. Как можно отметить волевой элемент, ведущий ко все более и более далеким переплетениям и алчным желаниям ума, так же точно можно и увидеть, что именно это качество выбора, которое снова и снова возвращает нас к дыханию, при правильном его поощрении приводит жизнь к равновесию.

Состояния ума

возникающие состояния ума повторяются и, похоже, обладают собственной, совершенно независимой жизнью, - они возникают к бытию только для того, чтобы смениться следующим состоянием, которое расположится на покинутой сцене. Мы ловко прилепляемся к каждому из этих умов, принимая их за "я" и "мое", хотя они иной раз радикально отличны один от другого и по характеру, и по намерениям. В самом деле, любой объект или помысел, вошедший в поле осознавания, может попеременно, в сменяющихся мгновеньях ума, вызывать приязнь или неприязнь.

Внутри нас содержатся несовместные системы желаний, которые в одно мгновенье
могут оттолкнуть какой-то объект, а в следующее - страстно его пожелать. Эти
враждующие системы желаний могут желать сделать что-то в одно определенное, но не в другое время. Такие несовместные, противоборствующие состояния ума и
сопутствующие им суждения друг о друге являются причиной значительной доли того трения, которое мы переживаем в чувстве вины. Один ум возникает для того, чтобы за ним естественно последовал другой. Отождествление себя с одним качеством или настроением и отказ в существовании другому означает отрицание потока, захваченность болезненными завихрениями ума.

В какой-то отдельный момент состояние ума может быть радостно, или бодро, или
счастливо, или добро, тогда как в другой оно может быть гневно, или алчно, или
похотливо, или лениво. Ум на деле колеблется по тысяче раз в день между такими
различными состояниями. Вследствие этой изменчивости состояний ума некоторые
люди пытаются контролировать ум. Но я думаю, что важнее не давать уму
контролировать нас. Некоторым представляется, что медитация - это останавливание ума. Хотя это и достижимо ненадолго, это состояние не уменьшит чувства привязанности к уму; больше того, поскольку и в этом случае "кто-то" совершает "что-то", и такое достижение может даже подкрепить иллюзорное "я". От останавливания ума мудрости не получится; она возникает от понимания природы ума. Благодаря такому пониманию отпадает самоотождествление с умом и появляется возможность освободиться.

_________________
Не важно, что написано. Важно, как понято.
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение Посетить сайт автора
Sopheeya1984
Пользователь
Сообщения: 7738
Регистрация: 13.09.2012
Откуда: Москва
СообщениеДобавлено: Вт Ноя 14, 2017 19:50 Ответить с цитатой

Осознавание без разбора

Ничуть не лучше наблюдать за одним объектом, нежели за другим. Идеальный объект - это просто то, что происходит в данный момент. Когда мы следим за умом при помощи так называемого "осознавания без разбора", то мы берем сосредоточенность, развитую на первичном объекте, и разрешаем уму ежемгновенно переживать все, что возникает; все, что получает преобладание, усматривается с не создающим привязанности осознаванием. Мы просто следим без разбора за всем, что происходит. В такой открытости ума нет никаких суждений; она не предпочитает одного объекта другому. Это цель и метод разом; этим и красива такая медитация. Каждое мгновенье этой практики есть также и ее цель: внимательность, простая чуткость к тому, что есть.

Когда внимательность становится очень острой, мы начинаем видеть помыслы по-
новому, буквально переживая их возникновение и исчезновение, словно они
вставлены в рамку, - словно бы мы видели кинофильм, проецируемый на экране; мы рассматриваем смену одного кадра другим, исследуем отдельные элементы того, что раньше мнили единством, непрерывным потоком. Мы видим возникновение и исчезновение сознания, всего, что считали собой. Это дает возможность микроскопического рассмотрения ежемгновенного ума, рассмотрения бытия по мере того, как оно развертывается. Тогда то, что бывает бессознательным, становится сознательным. Ничто не встречает препятствий, ничто не прибавляется; целая Вселенная предстает, как хочет, и нам дарована благодать ее восприятия.

Мы как бы стоим на берегу ручья и наблюдаем все помыслы, плывущие вниз по
течению, подобно пузырям. И когда мы их наблюдаем, становится все яснее, что
некоторые из пузырей - это мы сами, наблюдающие ручей, что даже наблюдатель
являет собой всего лишь часть потока; осознавание просто переживает все, что
есть.

Поезд мысли

Может оказаться полезным такой наглядный образ медитативной практики: представим
себе, что мы стоим у железнодорожного переезда и наблюдаем проходящий мимо
товарный состав. В каждом прозрачном вагоне находится какой-то помысел. Мы
стараемся глядеть прямо вперед, в настоящее; но наши привязанности привлекают
наше внимание к содержимому проходящих товарных вагонов - мы отождествляем себя
с различными помыслами. Когда же мы направляем внимание на поезд, мы замечаем,
что в одном вагоне сервирован ужин; но мы только что поели, и ужин нас не
привлекает. В следующем вагоне - прачечная, где сушится белье, так что мы на
мгновенье размышляем о голубом полотенце, которое вывешено для сушки; но мы еще
раз быстро пробуждаемся к настоящему моменту, поскольку в следующем вагоне видим
какого-то человека, занятого медитацией; и мы вспоминаем, чем заняты сами.
Проходят еще несколько вагонов с помыслами, и мы ясно распознаем, что это
помыслы. А в следующем вагоне рычит лев; он преследует кого-то, похожего на нас.
Мы следим за тем, поймал ли он нас, пока вагон не скроется из виду. Мы
отождествляем себя с этим вагоном, потому что он для нас что-то "значит". Мы
испытываем к нему привязанность. Далее мы замечаем, что тем временем пропустили
все прочие, пробегающие мимо вагоны; тогда мы освобождаемся от своего очарования
львом и еще раз переводим внимание прямо вперед, в настоящее.

Мы удерживаемся на некоторых предметах и не останавливаемся на других. Поезд все
еще там; кажется, там же находится и безмолвный свидетель на переезде. Таковы
первые ступени попыток быть внимательными, первые ступени старания пребывать
здесь и теперь.

Затем, когда мы попривыкнем к осознаванию содержимого, мы начинаем отмечать сам
процесс прохождения поезда. Мы видим просто вагон за вагоном, и наше внимание
уже не следует за каждым стимулом; мы более не теряемся в следах прошлого или в
предвкушении того, что придет из будущего. Итак, мы глядим прямо вперед, не
отвлекаясь содержимым какого-либо вагона; но вот совершенно внезапно один из
проходящих вагонов взрывается; нас привлекает это зрелище, и мы прыгаем в вагон
и ввязываемся в происходящее там действие. Затем мы возвращаемся с кривой
усмешкой, полные понимания - это был всего лишь образ взрыва, всего лишь помысел
- вагон. И мы снова глядим прямо перед собой, только на процесс прохождения
вагонов; и вот в одном из них оказываемся мы сами, и мы бьем свою жену. В уме
тьма всякого хлама. А мы немедленно следуем за ним, сейчас же втягиваемся в
него; и это продолжается до тех пор, пока мы не начнем видеть безличную,
обусловленную природу всего процесса и его содержимого, пока не осознаем
совершенную текучесть его самого.

Затем, глядя прямо вперед, мы замечаем, что начинаем проявлять способность
видеть между вагонами. И мы начинаем видеть то, что находится по ту сторону
вагонов, по ту сторону помыслов. Мы чувствуем, что этот процесс совершается на
фоне неразличенной открытости, что ум ежемгновенно возникает и исчезает в
безграничном пространстве.

И когда мы ощущаем ту систему координат, внутри которой протекает вся эта
мелодрама, это переживание начинает освобождать нас от увлеченности - даже от
увлеченности страхом. Мы начинаем видеть: "А, опять эта штука со взрывом
вагона!" Или: "Снова этот сердитый начальник!" Что бы ни появилось, мы начинаем
видеть в появившемся часть процесса; мы видим то, что появляется, в некотором
контексте. Малый ум, отождествлявший себя со всем этим вздором, начинает расти и
расти, начинает включать даже самого себя в более обширный ум, настолько более
обширный, что в нем находится место для всего и каждого, включая и сам поезд, и
наблюдателя. А затем даже и наблюдатель, который стоит на переезде, оказывается
всего лишь содержимым одного из этих товарных вагонов, просто еще одним объектом
ума. И осознавание, не останавливаясь нигде, сразу же оказывается повсюду.


5. Руководство-инструкция по медитации на внимательности (випассана)

(Медленно, впитывая, прочесть для себя - или другу вслух)

Усядьтесь поудобнее, выпрямитесь; но не напрягайтесь. Пусть тело дышит просто и естественно; направьте внимание на самую заметную точку для осязания, где есть соприкосновение с током воздуха, когда он входит в ноздри.

Направьте осознавание на ощущение касания с входящим и выходящим воздухом.
Установите внимание как караульного у городских ворот: он замечает всех, кто входит в город и выходит из него; но сам он не впускает и не выпускает, а только стоит на часах у ворот.

Удерживайте внимание только на одной точке и замечайте ощущение, сопровождающее каждое дыхание, когда оно течет в тело и вытекает из него в естественном дыхательном процессе.

Если внимание отклонилось, верните его к точке касания, замечающей дыхание, когда оно входит в ноздри и выходит из них. Отмечайте: "Вдох, выдох..." Не думайте о дыхании; даже не создавайте его зрительного образа.
Просто будьте вместе с ощущением, когда оно возникает во время касания воздуха, входящего в ноздри и выходящего из ноздрей.

Возникают звуки. Возникают мысли. Возникают иные ощущения. Возникает и исчезает весь фон происходящего.

А на переднем плане находится ежемгновенное осознавание ощущения входящего и выходящего дыхания. Ничто не отталкивается, ничто не вызывает желания. Налицо просто ясное, точное, мягкое наблюдение за дыханием. Внимательность к дыханию.

В теле возникают ощущения. В уме возникают помыслы. Они приходят и уходят, как пузыри.

Каждому мгновению ума разрешено возникнуть и исчезнуть силою собственного движения. Нет никакого отталкивания ума, никакой страсти к дыханию. Присутствует только мягкое возвращение осознавания к ощущениям вместе со входящим и выходящим
дыханием. Мягкое возвращение.

Осознавание дыхания - это передний план. А на заднем плане все прочее остается таким, каково оно есть;
но открытый, спокойный ум не липнет.

Каждое дыхание единственно в своем роде: иногда оно бывает глубоким, иногда поверхностным; оно всегда слегка изменяется. Дыхание в целом чувствуется входящим и выходящим; все дыхание переживается на уровне ощущения, прикосновения.

Дыхание лишь происходит само собой. Осознавание просто наблюдает. Все тело расслаблено. Глаза спокойны. Лицо расслаблено. Плечи опущены. Живот полный и спокойный.
Нигде никакой задержки. Только осознавание и дыхание.

Только сознание и объект сознания. Они ежемгновенно возникают и исчезают, скрываясь в обширном пространстве ума.

Не теряйтесь. Если ум отвлекается в сторону, осторожно, со спокойным
неосуждающим и непривязывающимся осознаванием, возвратите его к дыханию.
Отмечайте дыхание в целом от его начала до его конца, точно, ясно, от ощущения к
ощущению.

_________________
Не важно, что написано. Важно, как понято.
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение Посетить сайт автора
Sopheeya1984
Пользователь
Сообщения: 7738
Регистрация: 13.09.2012
Откуда: Москва
СообщениеДобавлено: Вт Ноя 14, 2017 22:48 Ответить с цитатой

Тело дышит само собою. Ум помышляет сам собою. Осознавание просто наблюдает этот
процесс, не теряясь в его содержании.

Каждое дыхание по-своему единственно. Каждое мгновенье - целиком и полностью новое.

Если внутри тела возникнет какое-то ощущение, пусть осознавание распознает его как ощущение. Отметьте его приход и отметьте его уход. Мы не думаем о нем как о теле, или как о ноге, или как о боли, или как о вибрации. Просто отмечаем его как ощущение –
и возвращаемся к дыханию.

Весь процесс идет сам собой. Осознавание от мгновенья к мгновенью наблюдает возникновение и исчезновение переживаний внутри ума и тела. Ежемгновенную перемену.

На переднем плане - осознавание дыхания, когда то само собою входит и выходит. Только дыхание и осознавание дыхания.

Отдайтесь дыханию. Переживайте дыхание. Не пытайтесь что-то получить от дыхания. Даже не думайте о сосредоточении.
Просто пусть осознавание проникнет до уровня ощущений, которые возникают сами собой и сами по себе.

Точка касания становится все более и более отчетливой и более напряженной вместе со входом и выходом каждого дыхания.
Ум делается заостренным на ощущениях, сопровождающих дыхание.
Если возникают помыслы, ясно отмечайте их движение в уме, их возникновение и исчезновение, подобное пузырям. Отмечайте их - и возвращайтесь ко внимательности к дыханию.

Если какая-нибудь мысль или какое-нибудь чувство становится преобладающим, осторожно, с открытым осознаванием, отметьте преобладающий элемент как "чувствование", или "думание", или "слушанье", или "вкушение", или "нюхание".
Затем мягко вернитесь к дыханию.

Не задерживайтесь на помыслах. Не определяйте их содержание. Только отметьте переживание помысла, входящего в ум и исчезающего, переживание чувствования, любого внешнего ощущения, которое возникает в данный момент и исчезает в следующий.

Возвращайтесь к ровному току дыхания. Без тяги к чему-либо, без отталкивания. Только с ясным осознаванием того, что преобладает в уме или в теле при своем возникновении.

Глубокое возвращение к пункту напряженного ощущения, которое служит отметкой прохождения воздуха при каждом полном дыхании.
Глаза полузакрыты; плечи опущены; живот расслаблен. Осознавание кристально чисто.
Преобладают все более и более тонкие ощущения.
Преобладают помыслы. Каждый из них ясно отмечен внутри сосредоточенного осознавания дыхания.

Наблюдайте его движение, постоянную смену одного объекта другим, одного дыхания другим, ощущения ощущением.
Эту постоянную перемену, подобную калейдоскопу.

Ежемгновенно объекты возникают и исчезают в обширном пространстве, в пространстве ума и тела. Спокойное, открытое осознавание, просто наблюдающее процесс возникновения и исчезновения. Осознавание всего, что получает
преобладание, возвращается к ощущению дыхания.

Возникают чувства. Возникают помыслы. "Планирующий ум", "судящий ум". Осознавание переживает процесс их движения.
Оно не затеряно в содержании.
Наблюдайте помысел, проходящий через обширное пространство ума.

Эти слова, возникающие из ничего, исчезают в пустоте. Только открытое пространство, в котором весь ум, все тело переживаются в виде ежемгновенных изменений.
Звук возникает и исчезает.
Чувство возникает и исчезает.

Все, кем мы являемся, все, что мы думаем о себе, - это пузыри внутри ума, которые приходят и уходят каждое мгновенье; они возникают и исчезают в беспредельном, открытом пространстве ума. Осознавание без разбора. Ежемгновенное осознавание всего, что возникает,
всего, что существует.

Все вещи, обладающие природой возникновения, обладают и природой исчезновения.
Все, о чем мы думаем как о "себе", исчезает от мгновенья к мгновенью.
Ежемгновенно все это просто видится таким, каково оно есть, совершенно приходит и уходит само по себе.

"Так следует вам думать обо всем этом мимолетном мире: звезда на рассвете, пузырь в потоке, вспышка молнии в летнем облаке, мерцающий светильник, призрак, сновидение".

Мудрость появляется в том уме, который пребывает в незнании, внутри спокойного ума, который просто есть. В том, чем обладает Будда, или Христос, или Мухаммед, нет ничего такого, что отсутствовало бы в нашем существе; это тот же самый родник, та же первоначальная природа, та же общая сущность. Освобождаясь от того, кем мы воображаем себя, освобождаясь от своей попытки контролировать мир, мы приходим к своему естественному существу, которое все эти годы терпеливо ожидало нашего возвращения домой.

Возможно, будет полезно дать дальнейшее определение выражению "освобождение". Освободиться - значит не задерживаться на чем-то, пришедшем на ум. Это выражение также означает переживание того качества осознавания, лишенного вожделения, которое ничего к себе из потока не притягивает, - переживание огромного простора, которое всегда просто не мешает всему приходить и уходить.

Мы лучше поймем этот простор, когда заметим, что обычно ум замыкается на каждом помысле. Ум принимает форму всякого входящего в него объекта. Ум думает о яблоке - и становится яблоком. Он думает о страхе - и сам становится страхом. Поэтому мы пришли к убеждению, что ум - это содержимое ума. Но ум есть содержимое ума не в большей степени, чем небо есть проходящие по нему облака. Это пространство, где проходят элементы его содержания, где они возникают и исчезают. Переживание этого простора и есть сущность отсутствия вожделения, освобожденности, наличия пространства для всего, способности не удерживаться ни на чем.

Когда мы вступаем в связь с этим открытым пространством вместо связи с его
содержимым, мы не привязываемся ни к чему, что проходит через него. Если
возникает страх или желание, оно оказывается видно изнутри окружающего его
простора. Мы не теряемся в нем, становясь им, а просто видим его как всего лишь
еще одно мгновенье, пришедшее без спросу, которое так же и уйдет.

Освобождаясь от всего, чем мы себя считаем, освобождаясь от мыслей о себе, как о
теле или об уме, как о человеке блестящего ума или тупице, как о святом или
глупце, мы наконец снова обретаем целостность и делаемся чутки к пребывающей
внутри нас Вселенной. Если мы освобождаемся от всего, мы можем иметь все.

Развитие ума, который ни к чему не привязан, открывает путь к мудрости.
Возникают помыслы, чувствуются ощущения, внешние чувства открыты и восприимчивы; в просторе ума возникают предпочтения и мнения; но все это видится с ясностью, и нет никакого отождествления или вмешательства.

6. Образ себя и воображаемая личность

Таким образом, мы видим, что в просторе освобожденности возникает естественное равновесие. Благодаря нашему освобождению от путаницы возникает познание. Благодаря освобождению от гнева возникает любовь. Нам не приходится привносить любовь извне, нам нужно только освободиться от того, что ее не пускает. Благодаря освобождению от страха возникает спокойствие.

В тишине медитативной практики увидеть зти препятствующие состояния и
освободиться от них довольно легко; но сделать это в течение дня не так-то
просто. Мы становимся забывчивы и снова впадаем в свои обусловленные верования и отождествления. В повседневной жизни мы обнаруживаем, что, пользуясь той же самой техникой - простым узнаванием состояния ума, как мы это делали во время медитации, простым называнием его и освобождением от него пространства - "А, снова гнев!", или: "Ну, чувствую, что становится немного страшно!" - мы переводим это состояние в свет осознавания, и оно теряет свою огромную власть над нами. Даже если мы сможем распознавать состояние своего ума один раз в час, эта практика отметок происходящего, когда оно имеет место, уменьшит напряженность самоотождествления с такими состояниями и даст больше простора всему дню. Каждый раз, когда мы узнаем какое-то состояние ума, не осуждая его, а только отмечая: "Вот неуверенность", или: "Вот страх", или
"Глянь, вон беспокойство", - это *** указанное состояние ума, укрепляя
способность освободиться от него.
Простор, разрешающий всему быть таким, каково оно есть, который разрешает напряжениям распутаться, освобождает нас от болезненности сопротивления.

Мы сами становимся состояниями ума вместо того, чтобы дать им возможность просто пройти через осознавание, не прилипая к ним. Способствуя этому обширному, свободному от отождествления осознаванию, мы освобождаемся от всех попыток вообще быть кем-то, вообще что-то получить; мы не сдерживаем потока и не ускоряем его; мы просто не мешаем ему пройти так, как он идет.

_________________
Не важно, что написано. Важно, как понято.
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение Посетить сайт автора
Sopheeya1984
Пользователь
Сообщения: 7738
Регистрация: 13.09.2012
Откуда: Москва
СообщениеДобавлено: Ср Ноя 15, 2017 01:49 Ответить с цитатой

7. Критический ум

Критический ум имеет мнение обо всем. Из потока ума он отбирает то, чем, по его
убеждению, он должен быть, и отбрасывает все остальное. Он полон шума и старых знаний. Таково качество ума, который пристрастно поддерживает какой-то образ самого себя. Он всегда старается быть кем-то.

Критический ум надзирает за процессами всех наших помыслов и поступков и
постоянно, въедливо болтает. Это один из голосов внутреннего диалога, который
поддерживает то, что, как нам мнится, является нашим "я". Когда вынесено
суждение, присутствует "кто-то", выносящий суждение, существует какое-то "я
есмь", вовлеченное в танец отождествления с явлениями, как "я", как некто,
совершенно отдельный от потока, от процесса. Все "да" и "нет" нашей жизни
способствовали укреплению его власти, все "хорошее" и "плохое", все "правильное" и "неправильное", все противоречивые идеи о том, какими "надо" быть вещам. Это жестокий и постоянный критик всего, что появляется внутри ума. Но, поскольку это всего лишь еще один из процессов ума, его можно ввести в свет понимания и освободиться от него.

Иногда, когда мы медитируем и оказываемся увлечены помыслом, у нас появляется
склонность думать: "Проклятье, я опять забылся в помыслах!" - т.е. склонность
следовать за блуждающими помыслами с привычными, осуждающими комментариями, а затем, когда мы узнаем свое осуждение, реагировать таким образом: "Черт возьми, я опять осуждаю!" Мы критикуем критический ум.

Когда возникает суждение, если мы признаем его объемлющим, свободным от суждения вниманием, мы *** его хватку благодаря тому, что видим его с состраданием к процессу, которым являемся мы сами, с почтительным признанием огромной силы той обусловленности, из которой нам нужно выбраться. Мы окажемся затеряны тысячи и тысячи раз. Но освобождение от того, кем, как мы думаем, мы являемся, вместо его осуждения, помогает нам смягчить свою жизнь. Отождествление с помыслом побуждает к суждению. Если мы просто осознаем, что ум выносит суждение, когда он этим занят, если мы признаем это с открытой и ясной внимательностью, критический ум начнет растворяться.

Но этот ум, который комментирует самого себя с напряжением суждения, не пускает тот простор, в котором существует пространство для всего бытия в целом. Простор не приказывает чему-то прийти или чему-то остаться; он просто не мешает проявиться природе ума.

Для удержания этого простора, могущего признать осуждающий ум, не вынося о нем суждения, - требуется уравновешивающее действие. Если мы чересчур близки к какому-то помыслу или состоянию ума, если мы на самой их вершине, - то налицо давление, натуга, в которых для естественного потока не достает того
пространства, которое ему необходимо, чтобы стать видимым во всей своей
целостности. Тонкое сообразование приходит благодаря доверию к интуитивной мудрости процесса.

Когда ясно отмечен критикующий ум, можно наблюдать его хрупкость. Мы видим, как мнения слепляются и растворяются подобно снежным хлопьям. Мы видим, что каждый комментарий подобен пузырю. Когда его касаешься осознаванием, становятся вполне очевидными его несубстанциональность, сущностная пустота. Приязнь и неприязнь со стороны критикующего - это всего лишь старая карма и штампы обусловленности. Но если мы реагируем на эти предпочтения подневольно, если отождествляем себя с ними, они становятся причинами новой кармы. Суждение может быть очень тонким; единственное мгновенье похвалы или порицания, приязни или неприязни поляризует весь наш мир.
Мгновенье критикующего ума, затерявшегося в отождествлении со старыми
предпочтениями, - это мгновенье забвения, мгновенье незнания. Мгновенье
распознавания критикующего ума - это мгновенье свободы и мудрости.

Мы не понимаем, что если ум легкий и нецеплючий, нас не захватывают мелодрамы, приносящие такую боль нам и другим людям. Мы можем
довериться осознаванию, которое не мешает усмотреть в суждении всего лишь часть потока, результат предыдущего обусловливания, который не обязан как-то
направлять или ограничивать весь этот обширный ум. Критикующий ум пытается
убедить нас, что мы должны быть постоянно идеальны, в лучшей форме, а если мы,
дескать, этого не сделаем, то станем совершенно не приемлемы для тех, в чьей
любви больше всего нуждаемся. Но на самом-то деле нашу способность любить и быть любимыми можно просто приравнять к нашей мере способности освободиться от отделённости, позволить, чтобы нас любили, благодаря освобождению от своего критикующего чувства неловкости.

В некоторых переводах йогических текстов мы слышим о "контроле над умом"; и это склоняет нас к мысли, что нам надобно оттачивать эту критическую способность контролировать ум. Но осуществлять подлинный контроль - это значит отпустить. Свободны мы, когда отпустили и не держим, потому что ничто возникающее тогда не в состоянии на нас повлиять - ни гнев, ни жадность, ни страх; и в нас нет ничего, на что они могли бы налипнуть.

Когда мы наблюдаем ум, не вынося суждений, мы ясно видим различие между думанием и следящей мыслью. Следящая мысль представляет собой отпускание, неудерживание содержания, когда мы осознаем процесс, видя пространство вокруг каждого объекта ума. Думание же - это погружение прямо в самую карму, которая порождает думу, объект, которая подкрепляет свою активность и в то же время усиливает свою способность вызывать отождествление и реакцию в будущем.

Христос сказал: "Не судите, да не судимы будете".
Лучшим средством растворения критического ума окажется простое его узнавание без ценностного суждения, едва он возникнет.

Несколько лет назад я заметил, что в общественных местах ум у меня частенько
начинает судить незнакомых людей, находящихся рядом в комнате. Я отмечал,
насколько я, по моему убеждению, был выше их. Ум, как будто погруженный в гипноз, непрерывно упражнял свою критикующую способность.

И вот я стал наблюдать его, не подавляя; я просто отмечал то, что он делает. Я
наблюдал, как он одним махом *** меня и сидящих рядом людей. По мере
того, как я работал с этим судящим качеством, я стал видеть, как осознавание и
растущее чувство космического юмора пробиваются сквозь это довольно липкое
состояние ума и чем дальше, тем больше *** его власть. Я чувствовал, как
слабеет его голос, как он теряет свое могущество. Я наблюдаю, как ее привычная инерция истощается.

Бывают моменты, когда мы свободны от внутренней борьбы; бывают и другие, когда подспудное течение обусловливания настолько усиливается, что мы опять
втягиваемся в суждения. Когда голос осуждающего ума будет особенно громким, у
нас появится возможность снова открыть силу прощения самих себя. Открытость,
порожденная прощением самих себя, настолько велика, что она рассеивает
напряженность критического ума. Вместе с добротой к самим себе мы развиваем
сочувствие к тем трудностям, которые возникают во время постепенного
пробуждения. Мы испытываем глубокое уважение к процессу, который раскрываем, и медленно понимаем. Мы видим, что осуждать себя за то, каковы мы есть, - все равно, что осуждать небо за погоду или море за приливы и отливы. Приятие себя и обширное осознавание позволяют нам переживать нашу драгоценную жизнь такой, какова она есть, без осуждения, которое вызывает раскол. Если быть добрыми и пробужденными по отношению к самим себе и освободиться даже от чувства никчемности - это открывает нас для нашей целостности.

_________________
Не важно, что написано. Важно, как понято.
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение Посетить сайт автора
Sopheeya1984
Пользователь
Сообщения: 7738
Регистрация: 13.09.2012
Откуда: Москва
СообщениеДобавлено: Ср Ноя 15, 2017 03:52 Ответить с цитатой

8. Чувство никчемности

Личность, которую нам больше всего хочется любить, - это мы сами; но когда мы
пытаемся обратить на себя любовь, - может быть, при помощи какой-то медитации, в которой культивируем это качество, или же в ходе нашей повседневности - мы
обнаруживаем, что иногда не считаем себя заслуживающими любви. Мы видим, как возникающее сомнение в себе препятствует этой любви; это - некая помеха,
которая, как становится понятно, присутствует в известной мере почти постоянно.
Все это - чувство никчемности, которое мы носим за собой, как облако. Оно нас
слепит, и мы не видим своей красоты. Я вижу, как для некоторых, прекраснейших
созданий, которых я знаю, их чувство своей никчемности оказывается самым жгучим пламенем, с которым им приходится работать.

Откуда же берется это чувство никчемности? Дело, кажется, обстоит так: нам велят
не доверять своему естественному бытию, учат такому недоверию; мы им
обусловлены. Это результат того, что мы отворачиваемся от самих себя, что мы
научились не доверять самим себе. Вот простенький пример. В раннем детстве,
неуверенно шагая по полу, мы можем почувствовать, что хочется писать - и писаем
прямо на пол. Тут же к нам подходит мама или папа и говорит: "Нет, нет!
Нехорошо, так не делай!" А ведь мы ничего и не делали, мы только пустили
струйку; просто через нас что-то естественно проявилось. Но вот это событие
каким-то образом оказалось "нехорошим"! Оно заставляет нас все чаще сомневаться в своей естественности.

Ребенку говорят только, чтобы он не крал и не лгал; но никогда не говорят, как.
Наша естественность обвиняется. Наше недоверие к себе подкреплено чувством, что мы - единственные люди, которым случилось солгать или украсть, что в нас скрыты какие-то глубокие недостатки.

И вот большую часть времени внутри нас звучит этот критический, осуждающий
голос, комментирующий то, что мы делаем, и то, как мы это делаем, указывающий
нам, что мы не соответствуем среднему уровню, что мы недостойны любви. Мы как-то приходим к мысли, что любить самих себя - неподобающее дело, что мы недостойны любви к себе, а все потому, что мы утратили эту естественную любовь,
естественное самоуважение.

Достаточно упоминания, что именно это чувство никчемности поддерживает "я". Нам не приходится сражаться с "я", сокрушать его. Большая часть того, в чем мы видим мотивацию "я", приходит от чувства никчемности. Когда же чувство никчемности отпадает, опора для "я" значительно уменьшается. "Я" - это не какая-то сущность, выступившая на завоевание мира; большая часть мгновенных вожделений, которые мы называем "я", являет собой механизм восполнения, старающийся опровергнуть никчемность: это не столько старание показаться великим, сколько старание не показаться дураком. Мы полагаем, что, если будем кем-то особенным, это компенсирует нашу неадекватность, покажет, что у нас на самом деле все в порядке.

Когда же мы освобождаемся от этого чувства никчемности, когда мы прощаем себе
даже это, тогда не остается никого, кто пытается что-то доказать. Тогда вся
структура "я" начинает рассыпаться, тогда она раскрывается для большей любви и
примирения с собой. Когда появляется самоосуждение, мы осторожно стараемся
отпустить его. Вполне возможно, что следующей мыслью будет: "О, я не могу
сделать этого, это потворство себе. Я не должен позволять себе этого!" - что
опять-таки будет проявлением того убеждения, что нам нужно контролировать себя, что мы не в состоянии доверять себе. Наше чувство недоверия к своему
естественному бытию приобрело такую силу, поддерживается такой значительной
частью общества, что многие люди от всего сердца соглашаются с тем, что нам
нельзя доверять себе.

Существует столько недоверия к нашему естественному бытию, что многие люди
убеждены в том, что человек по природе зол. Это и есть то самое чувство
никчемности, о котором мы говорили в связи с осуждающим умом. Люди, имеющие такой взгляд на умственные препятствия, - на жадность и желания, на тот хлам, с которым мы все работаем, на гнев, эгоизм, - говорят: "Посмотрите на всю эту пакость! Можно ли доверять уму, наполненному этим?" Но когда мы высказываем предположение, что эти препятствия укрепляются таким отвращением и страхом, что можно освободиться от этого обусловленного ума и дать возможность возникнуть естественной мудрости, они отвечают: "Я не в состоянии отказаться от контроля, мне надо подкручивать гайки, или я действительно взорвусь!" На самом же деле наше чувство никчемности заставляет нас усиливать эти отрицательные качества. И поскольку все они поощряют дальнейшую отделенность, это обстоятельство заставляет нас чувствовать себя еще более нелюбимыми и недостойными любви, еще более затрудняет контакты с самими собой и с другими.

Мы можем отмечать свою никчемность точно так же, как и любое иное качество ума, свободно приходящее и уходящее в ответ на некоторые условия. Это всего лишь еще один момент ума, всего лишь еще одна часть преходящего зрелища. Мы можем доверять самим себе и силе осознавания, которая проникает до ясного постижения истины. Все наши попытки измениться, мысли о том, что мы должны что-то сделать по поводу того, кто мы такие и как себя ведем, приходят большей частью из чувства никчемности, из чувства личного недоверия. Даже сейчас многие из нас говорят: "Да, но..." Это в большей мере все то же самое.

Одна женщина, упомянула о том, что она назвала "переживанием космического сознания". "А не хвалитесь ли вы обладанием таким переживанием, которым не обладает никто из нас? Не создаете ли вы привязанности к высочайшим переживаниям?" Она ответила: "Нет, видите ли, из этого переживания не вышло ни знания, ни мудрости, ни даже мира. Если что-то в этом переживании было для меня действительно важным, так это чувство, что я была достойна его иметь".

Нет ничего необычного в том, что чувство никчемности становится более
отчетливым; нам кажется, что оно *** по мере того, как сознавание
становится глубже и раскрывает все большее число наших глубоких наклонностей.
Тогда оно становится основой для нашей работы над собой, для дальнейшего
очищения.

Мы освобождаемся от своего чувства никчемности не потому, что кладем его под
топор, не потому, что стараемся контролировать или подавлять его; мы
освобождаемся от него, предоставляя ему достаточное место для того, чтобы оно
увидело, что оно делает.

Чувство никчемности не делает нас никчемными. Оно было приобретено за время
многих жизней, если не за миллиарды мгновений ума в этой жизни, когда нам
говорили, что мы поступаем неправильно или неадекватно, и когда мы сами так
думали. Каждый человек, по-видимому, до известной степени обладает им. Не знаю, каждая ли культура поощряет его в одинаковой степени; но в нашем обществе оно получило весьма заметное преобладание. Но мы достойны того, чтобы освобождаться от своей никчемности, и нам есть зачем. Если бы мы не делали ничего, кроме практики освобождения от никчемности, значительная часть того хлама, над расчисткой которого мы столь усердно работаем, не имела бы подпорки. У нас было бы больше места, куда расти.

Мы сознательно отдаемся чувству никчемности; когда оно возникает, мы не
развлекаем его кредитной карточкой "я". Работа, которая нас пробудит, - это
проявление острого осознавания никчемности без его осуждения. Мягко, терпеливо и с большой любовью мы признаем то, чем в действительности являемся. Как это
выразил один мой друг: "Всегда старайся видеть себя глазами Бога".

Нам не следует бояться увидеть что бы то ни было. Когда мы ясно видим гнев, или
страх, или неуверенность, или сомнение, каждое из этих явлений растворяется; оно
не требует выражения, его реактивная сила рассеивается. Внимательность пробьется сквозь него; внимательность ослаблит силу его возникновения также и в будущем, даже несмотря на то, что она может иметь такую энергию, что на некоторое время удержится. Когда мы переживаем чередование мгновений внимательности и гнева, мы начинаем подрывать власть гнева.

Внимательность представляет собой мощнейшее средство для очищения, которым мы располагаем, потому что она взращивает в уме отсутствие вожделения.

Внимательно вступить в данный момент - значит полностью принять самих себя.


Далее у нас имеются два наших старых товарища, лень и вялость, которые, как
сказал один учитель, лучше всего олицетворены в банановом слизняке. Леность и
вялость многообразны в своих проявлениях. Обыкновенно это - неповоротливость
ума, которую мы время от времени ощущаем. Иногда, когда мы наблюдаем ум, мы
отмечаем значительную долю сонливости и подавленности, которые становятся
настоящим препятствием для ясности, потому что без должной энергии очень трудно быть проницательным. Леность и вялость, подобно другим препятствиям, могут зайти настолько глубоко, что станут частью нашего характера, способом нашего отношения к миру. Иногда это обстоятельство становится для нас очевидным, когда мы сидим и отмечаем такое свое думанье: "О, сейчас это уже лишнее..." или: "Думаю, пора остановиться!..", "Ну, для меня достаточно!" Это лень; и когда она присутствует, она способна воспрепятствовать дальнейшей работе. Эта сонная ослепленность погружает ум в особое состояние слабоумия; часто мы определяем его как "свою усталость" - вместо того, чтобы видеть в нем просто "утомление", "вялость", и оставаться с ним без противодействия, которое могло бы возникнуть в виде реакции на него.

Предписанное средство для восстановления спокойствия в уме
заключается в подкреплении сосредоточенности посредством осторожного,
терпеливого и упорного возвращения его обратно к дыханию.

Для работы с этими препятствиями надобно запастись терпением. Они не уйдут в
одночасье. Баба Хари Дас говорит, что даже святой в возрасте девяносто одного
года не свободен от препятствий. Они приходят в любое время, когда им
вздумается. Большая часть нашей медитации имеет дело с препятствиями. Иметь с
ними дело - это просто видеть их с открытым осознаванием, без ценностного
суждения.

Пожалуй, самым мощным из всех этих препятствий является сомнение, ибо оно
способно прервать практику. Хотя доля сомнения может стать полезным мотивом для более глубокого исследования того, что мы, будучи обусловлены, считаем истинным, но сомнение иногда может набрать такую силу, что закроет ум. Мы сомневаемся в том, что избранный нами метод доведет нас до цели; сомневаемся в собственной способности понимания; даже в существовании свободы. Когда сомнение возобладало, мы прекращаем работу над собой, мы опять опускаемся на четвереньки, мы склонны чувствовать жалость к себе и недоверие к Вселенной.

_________________
Не важно, что написано. Важно, как понято.
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение Посетить сайт автора
Sopheeya1984
Пользователь
Сообщения: 7738
Регистрация: 13.09.2012
Откуда: Москва
СообщениеДобавлено: Ср Ноя 15, 2017 08:38 Ответить с цитатой

14. Западня лжепросветления

Просветление - это синоним способности просто присутствовать, находиться в настоящем моменте без какой-либо привязанности к другому месту; вся наша жизнь находится именно здесь, именно сейчас.
Даже блуждающий ум, если мы наблюдаем его, не желая видеть его иным, содержит ключ к великой мудрости, потому что являет собой в точности то, что мы такое, - и именно в это время. Нам нет нужды быть кем-то другим.
Дзэнский наставник Судзуки Роси говорил о "просветлении до просветления",
которое представляет собой такое состояние ума, когда налицо внимательность,
когда нет вожделения к тому, чтобы вещи были каким-то образом иначе, чем они
есть. Это просто виденье настоящего момента, терпеливое и прямое.

Одним из явлений, которые являются для нас преградой для достижения этого просветления, чем бы оно ни было, может стать наш голод по тому, чем мы воображаем просветление. Просветление может стать величайшей причиной страдания, потому что оно остается предметом нашего сильнейшего желания. Это наше величайшее "пребывание в другом месте", наш величайший вакуум. Просветление - это свобода; помысел о просветлении - это темница. Истина существует в данный момент. Если мы находимся где-то в другом месте, ищем что-то за пределами данного момента, мы находимся в тюрьме.

Далее появились - мир "непревзойденной мудрости", затем "меня совсем нет, нигде
нет", далее еще одно переживание и еще одно, и я все говорил: "Ну, брат, теперь
оно уже недалеко!" Возникали новые и новые переживания. Тогда я начал понимать, как представлял дело: появится еще несколько дюжин переживаний - и все будет сделано, все будет кончено, останется чистое сознание в течение двадцати четырех часов в сутки. Но, оказывается, существуют целые сотни так называемых "наивысших переживаний". И все они - всего лишь переживания.
Ценность глубинных переживаний - в очищении, в проникновении в то, что есть, в
то, что происходит в данный момент. А привязанность к какому-нибудь переживанию, как к достижению или завоеванной истине, отвлекает внимание от реальности следующего мгновенья.

Желание свободы, когда оно является мотивом для нашего естественного состояния, есть великая радость. Желание быть свободными от вещей,
каковы они есть, оказывается великим страданием.
Желание быть просветленным подобно "я", которое хочет
присутствовать на собственных похоронах

Мы можем убеждать себя не стремиться к высочайшему переживанию,
потому что знаем, что оно представляет собой всего лишь часть преходящего
зрелища; тем не менее иногда мы отмечаем, как обусловленный ум жаждет стать чем-то иным, нежели то, что он есть.

Когда мы переживаем это состояние хотя бы в течение тысячной доли секунды, оно останавливает весь мир и позволяет нам освободиться от какой-либо надобности быть где-то, кроме совершенства данного момента.


На этом уровне мы переживаем побуждение, которое почти можно было бы назвать "ностальгией по Богу", экстатической жаждой прийти домой, вернуться к источнику, быть завершенными. Это необусловленная бесконечность по ту сторону ума, чистое, недифференцированное бытие.

15. Вещество ума

Слово "ум" *** во многих различных случаях. Его основное значение -
механизм восприятия. Когда мы говорим об "уме", мы обычно имеем в виду думающий рассудочный ум, ум внутреннего диалога, ум как "я есмь", ум как это. Однако этот ум представляет собой только часть гораздо большего разума, далеко
превосходящего то, что мы называем интеллектом. Но все содержание реальности не воспринимается на думающем уровне ума. Всегда у нас есть еще тонкая подпитка из ума-мудрости, которую мы называем интуицией. Мы переживаем более глубокое познание. Если рассудочный ум не имеет ярлыка для более тонкой вести, он склонен не доверять ей; он отвергает то, на что не может наклеить ярлык.

Прозрения, возникающие в уме мудрости, часто переживаются в виде внезапных,
бессловесных пониманий того, какими являются вещи. Этот уровень ума не так
зависим от того вида "познания", который улавливает реальность в понятия и
слова. Он просто может переживать бытие. Иногда во время уединенной прогулки по лесу я пребывал только в своем ежемгновенном переживании бытия. Когда мои ноги касались земли, переживание касания было всей реальностью. Когда глаза
обращались к дереву, существовало только виденье - это была вся реальность.
Пенье птицы - просто слушанье. Аромат кедра - просто обоняние. Трудно описать
точность этого переживания, его кристальную чистоту. Подобные переживания очень трудно описывать словами, потому что они происходят на таких уровнях, где языка нет.

Когда люди начинают видеть относительность думающего ума, они говорят: "Убейте ум, ум - это мой враг". Но это говорит сам думающий ум. Не делайте "ум" врагом. Ум и есть медитация.


Когда мы видим, как приходят и уходят помыслы, как приходят и уходят чувства,
как приходят и уходят ощущения и воспоминания, когда мы наблюдаем их таким умом,
который не пытается овладеть чем-нибудь, не пробует наклеить на все ярлыки, - мы
открыты для понимания; и это по-настоящему все, что нам нужно делать. Ум
окажется сосредоточен весьма открытым способом. Ему не надо будет быть твердым
или жестким.

Она существует сама по себе; ее существование не зависит ни от каких условий.
Это чистая сущность, и ее прямое восприятие оставляет нас с пониманием, что
осознавание просто есть; что мы не есть какой-то объект из содержания ума; что
за пределами ума существует нечто иное, нежели то, что постижимо умом; что любая
мысль о "я", или о теле, или об уме, вообще любая мысль - это не то, что мы.
Именно это некоторые дзэнские традиции называют Единым Умом, общим всем
существам. Это неограниченная реальность; и вся она существует внутри каждого из
нас. Далеко за пределами относительных фактов пространства и времени существует
Пра-ум - ум до думания, ум до того, как Вселенная приобретает форму.

_________________
Не важно, что написано. Важно, как понято.
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение Посетить сайт автора
Sopheeya1984
Пользователь
Сообщения: 7738
Регистрация: 13.09.2012
Откуда: Москва
СообщениеДобавлено: Ср Ноя 15, 2017 10:32 Ответить с цитатой

16. Руководство-инструкция по медитации любящей доброты


(Медленно, впитывая, прочесть для себя - или другу вслух)

Усядьтесь удобно, так, чтобы смогли просидеть некоторое время; без напряжения
или скованности; просто расслабьтесь в своем теле.

Пусть дыхание приходит и уходит само.

Теперь размышляйте о том, как гнев ощутим для вас, как он переживается.
Размышляйте о том огне внутри тела и ума, который есть гнев. Размышляйте о
разделении, которое он вызывает, об отъединении, одинокости и боли.

Гнев приходит из боли и возвращается к боли.

Чаще всего гнев хочет повредить своему объекту, человеку или предмету, на
который он направлен.

Почувствуйте его в теле, в уме; почувствуйте этот вихрь, это страдание. Сердце
замкнуто, закрыто от мира броней, отъединено.

Размышляйте о болезненности, о разделении, которое есть гнев, зависть, ревность.

Теперь размышляйте о его противоположности, о качествах тепла и терпенья,
которые раскрывают для нас пространство, где мы можем существовать, можем
расцветать. О том, как гнев отпадает, как развязываются узлы, как они
растворяются в этой открытости тепла и терпенья.

С каждым дыханием вдыхайте тепло, выдыхайте терпенье. Вдыхается тепло; с выдохом
медленно выходит терпенье. Тепло и терпенье. Тепло питает вас, кормит вас,
взращивает вас. Терпенье дает всему этому место, открывает простор.
Почувствуйте, как огонь гасится этой открытостью сердца. Исчезла всякая броня.
Тепло и просторно.

Теперь пусть эта теплота и это терпение положат начало прощенью. Размышляйте
сперва о тех, кто мог причинить вам боль в прошлом случайно или преднамеренно.
Пошлите им прощенье. Сделайте это легко. Не напрягаясь или отталкивая. Пусть эти
старые завесы ожесточения отпадут.

Нарисуйте в уме образ человека, когда-то причинившего вам боль, скажите себе
молча: "Я прощаю каждого, кто в прошлом намеренно или ненамеренно, мыслью, речью
или делом причинил мне боль". Простите их как можно полнее.

Если где-то все еще остается ожесточение, примите также и его; пусть оно
рассеется по мере того, как растет прощенье. Разрешите себе прощать.
Освободитесь от гордости, которая держится за ожесточение: "Я-де вас прощаю".
Просто освободитесь от всего.

Сила прощенья так велика. У нее есть место, чтобы простить.

Теперь - о тех, кому вы могли причинить боль. Попросите у них прощенья. Не с
чувством вины, а с пониманием того факта, что мы спотыкаемся, что мы все бываем
незрячи. Освободитесь и от самоосуждения.

И молча скажите про себя в точности так, как вы это чувствуете: "У всех, кому я
намеренно или ненамеренно причинил боль своими мыслями, речью или действием, - у
всех у них я прошу прощенья".

Пусть отпадет всякая жестокость, которая стесняет сердце.

Разрешите себе принять прощенье. Стеснение в груди, в теле, в уме - это всего
лишь противодействие. Пусть оно уйдет. Освободитесь от своей обиды за себя.
Простите себя. Скажите себе: "Я прощаю тебя".

Оставьте себе место в своем сердце. "Прощаю себя за всю причиненную боль, даже
за те вещи, которых не хотел сделать".

Пользуясь своим собственным именем, скажите себе: "Я прощаю тебя".

Осторожно откройте сердце для себя. Осторожно; дайте время этому процессу.
Самоотдача. Внесите прощение самому себе в свое сердце.

Создайте для себя место. Окутайте себя прощением и освобожденностью.

Теперь с этим чувством открытости направьте к себе эту любящую доброту;
повторяйте в глубине сердца, как вам будет удобно, пользуясь такими словами,
какие найдете подходящими: "Да буду я счастлив; да буду я свободен от страдания;
да буду я свободен от напряжения, страха, тревоги; да исцелюсь я; да пребуду я в
мире!"

"Да освобожусь я от страдания, да освобожусь от напряжения, от гнева, от
разделенности. Да освобожусь я от страха, скрытости и сомнения. Да буду я
счастлив". Полюбите себя.

"Да буду я счастлив. Да освобожусь я от всего, что причиняет мне страдания!"
Пожелайте себе добра.

Скажите себе от всей души: "Люблю тебя". Пользуйтесь своим именем, если вам это
нужно. Скажите: "..., я люблю тебя".

"Да буду я свободен от страдания; да найду я свою радость; да буду я наполнен
любовью; да вернусь я к свету; да пребуду я в мире!"

Затем направьте эту любовь на кого-то, чей образ существует у вас в уме, к кому
вы чувствуете большую любовь - к учителю, другу, к кому-то, кто вам очень
нравится, - нарисуйте этот образ в уме и размышляйте: "Да будете вы счастливы,
да будете вы свободны от страдания!"

"Дорогой друг, да будете вы целостны, да придете к своей завершенности. Да
будете вы свободны от гнева, от ревности, от напряжения, от страха! Да будете вы
счастливы, да будете свободны от страдания!"

"Да вступите вы в свою радость, в свою полноту! Да будете вы свободны от всех
страданий!" Сосредоточенно направляйте этому любимому вами человеку
благожелательность.

Нарисуйте в уме образ другого человека, к которому вы чувствуете любовь, кому
желаете добра. Нарисуйте их ясно, так отчетливо и легко, как только можно, и
направляйте на них свои чувства благожелательности, используя некоторые
повторения: "Как хочу быть счастливым я, так да будете счастливы и вы. Да будете
вы счастливы и свободны от страдания. Да отпадут от вас напряженность и
сердечная боль. Да возрастет ваша радость. Да будете вы свободны от страдания".

Пусть ваша любовь распространится на каждого человека в доме, где вы живете, где
сидите в медитации. Наполните комнату своей любовью, наполните ее сердечной
заботой. Пусть вся комната, все эти люди пребудут в вашем сердце. "Да будем все
мы счастливы!" Не забывайте себя; вы - тоже еще одно прекрасное существо.

Пусть ваша любящая доброта излучается на каждого человека. "Да будем все мы
свободны от страдания, да будем все мы счастливы. Да вступим - мы все и каждый
из нас - да вступим мы в свет. Да освободимся мы от преград; да освободимся мы
от своего страдания, да почувствуем свое совершенное бытие. Да будем мы все
свободны от страдания, да будем мы все счастливы, да будем свободны!"

Пусть это чувство распространяется наружу, пусть оно охватит всю окрестность.

Пусть оно охватит весь город, где вы живете; оно широко, пространно, участливо.

Пусть оно продолжает распространяться. На всю страну, на весь континент.

Откройте всему этому свое сердце. "Да будут все существа счастливы. Да будут все
существа обладать чистым умом. Да будут их сердца открыты. Да будут они свободны
от страдания". Медленно окутайте своей любящей добротой целую планету. Медленно
и осторожно дайте своей любви распространиться повсюду, на все существа.

"Да будут все живые существа, все чувствующие существа, - да будут они свободны
от страдания. Да полюбят они себя, да придут они к своему счастью. Да раскроют
они радость своего истинного "я". Все существа, повсюду.

"Да воссядут все существа в свете. Свободными. За пределами страдания. Да
исцелятся все существа в участии друг к другу. Да будут все наши раны, все наши
страдания - да будут они исцелены силой нашей любви к себе и друг к другу. Да
полюбим мы друг друга".

Просто позвольте себе сидеть в свете этой любви, этой заботы о себе и друг о
друге. Не пытайтесь что-то делать. Просто пребудьте - в любви, в свете.

"Да разделят все существа эту открытость. Да почувствует каждый эту
безграничность, эту открытость сердца".

"Я делюсь заслугой этой медитации со всеми живыми существами повсюду. Да узнают
все существа тепло и участие в своей жизни. Да узнают все существа прощенье
самим себе. Да научимся мы просто быть в одном мгновенье за раз. Без всяких
ожиданий. Просто открытое сердце. Делимся этим, насколько можем".

"Да будут счастливы все существа. Да будут все существа свободны от страдания.
Да будут все существа счастливы. Да будем все мы свободны. Да возвратимся все мы
к своей завершенности!"

В нашем случае любящая доброта культивируется благодаря признанию огненных
свойств гнева и благодаря переживанию открытости, покоя, а также противоположных
гневу качеств - теплоты и терпенья. Благодаря признанию областей обиды и вины,
благодаря освобождению от своей оторванности от других и от собственного
глубинного "я", мы посылаем сперва себе, а затем и другим чувства
благожелательности, пользуясь такими словами, как: "Да буду я счастлив, да буду
я свободен от страдания". Когда мы
впервые пытаемся обратить любовь на себя, мысль о том, что мы ее не заслуживаем,
нередко весьма заметна. Рассудочный ум-"я" может выдвинуть разнообразные доводы
и постараться разубедить нас в необходимости заниматься такой медитацией. Эти
доводы
обращают наше внимание на многое из того, что делает нас незрячими по отношению
к совершенству жизни, к ее блеску. Именно этот хлам делает нас невосприимчивыми
к собственной красоте и старается убедить нас в том, что мы действительно
недостойны, неспособны пережить просветление, что мы - расколотые существа,
которым суждено вечно оставаться на своем пути. В уме существует особый уровень,
на котором такие мысли поощрялись и культивировались. Теперь мы культивируем
нечто иное для их замены, и это - гораздо более мощная форма сознания, нежели
отрицательные формы. Она заменит их мягкой настойчивостью и доверием.
Самокритичность и самоотрицание, столь обескураживающие вначале, подобны
отвердевшему верхнему слою целины, который трудно пропахать; но когда он
достаточно увлажнен, вспахан и смешан с небольшой добавкой удобрения, он
становится почвой, которая дает высокий урожай. Мы учимся давать себе тепло,
проявлять к себе терпенье и таким образом стать способными культивировать тепло
и терпенье. Природа этих положительных свойств такова, что они естественно
заменят собой менее здоровые энергии.

Один из способов постараться культивировать любящую доброту - это думать о наших
собственных хороших качествах. Я работал с людьми, которые говорили: "У меня нет
хороших качеств, во мне нет ничего, что было бы прекрасным".

А я говорил им: "Несомненно, должна существовать какая-то помеха, из-за которой
вы чувствуете себя столь нелюбимыми и недостойными любви".

- Да, это чувство действительно ужасно - не быть способным никого полюбить, даже
самого себя, хоть немножко...

- Должно быть, многие люди чувствуют то же самое.

- Чувствовать нечто подобное ужасно. Они так одиноки, так отрезаны от всех.

И тут проявляется исходящее от них невероятное сострадание к условиям
человеческой жизни. Они говорят о себе с такой любовью, потому что открыли
возможность позаботиться о нелюбимом, что было прежде для них недостижимо. И вот
теперь они признали, что кто-то находится в нужде; вышло так, что этот "кто-то"
- они сами; теперь они могут направлять благожелательность своих мыслей на то
место внутри себя, которое так хочет быть целостным. Именно так следует
практиковать медитацию. Мы посылаем любовь этому существу, которое так лишено
любви, а затем излучаем изнутри эту энергию всем существам повсюду.

. Так что я и был тем субъектом, который нуждался в любящей
доброте. И я узнал, что мне необходимо сначала породить любовь к самому себе, а
уж потом я мог бы открыться для другого. Посылать же любящую доброту другому
человеку, на которого я сердился, было ловушкой "я", которое просто увеличивало
разделение между нами. Я не оказывал им никакой помощи; и у моего действия был
тонкий привкус превосходства и господствования. Но когда я смог расчистить в
своем сердце место для самого себя, я сумел также принять свои гнев и
разочарование, не ощущая с их стороны угрозы; я мог предоставить им
пространство, чтобы они исчезли. Это также давало и другому возможность открыть
пространство для освобождения себя от гнева. Чтобы послать любящую доброту
другому человеку, мы сначала должны находиться внутри своего сердца.

По мере того, как продолжается практика культивирования открытости сердца, мы
начинаем ощущать поразительную силу этой любви. И мы видим, что со всеми нашими
воображаемыми никчемностью и страхами, со всеми нашими сомнениями и желаниями,
трудно все время быть любящими. Но еще труднее ими не быть.

_________________
Не важно, что написано. Важно, как понято.
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение Посетить сайт автора
Sopheeya1984
Пользователь
Сообщения: 7738
Регистрация: 13.09.2012
Откуда: Москва
СообщениеДобавлено: Ср Ноя 15, 2017 12:17 Ответить с цитатой

18. Отпускание ада

Иногда мы сидим и медитируем безмятежно, в ясности и спокойствии. В другое же
время нам очень долго кажется, что спокойствия никогда не будет, в уме словно
много движения и много самоотождествления, мы как бы затеряны в пламени ума и
склонны к тому, чтобы принимать это обстоятельство достаточно серьезно. Мы
называем такие обстоятельства хорошей или плохой медитацией и, пожалуй, в то же
время не признаем достоинств за "плохой", не признаем того очищения, которое
продолжается, когда оказывается раскрыто блуждание ума, его возбуждение или
беспокойство. Когда мы видим ум таким, каков он есть, это дает нам большую
власть над его состоянием в данный момент. Поэтому когда я слышу, что не
каждое занятие бывает "сверхотличным", я чувствую только облегчение, потому что
у медитирующего имеется возможность сидеть с неприятным хламом, имеется случай
пронаблюдать ум, когда тому хочется находиться где-то в другом месте. Потому что
это и есть тот ум, что создает карму. Именно этот ум, эта жажда ведут нас из
тела в тело, от воплощения к воплощению. Это желание быть в другом месте,
желание, чтобы вещи были иными.

Когда ум приятен и доставляет нам удовольствие, мы не видим этого страстного
желания с отчетливостью. Мы можем даже и не заметить свою жажду просветления с
такой ясностью, не обратить внимания на жажду высших состояний, на свои оковы,
свое рабствование понятию свободы, страданию, внутренне присущим желанию, чтобы
вещи стали какими-то иными, а не теми, каковы они есть.Когда вы
принимаете ад, это более не ад. Ад - это сопротивление. Страдание есть
сопротивление тому, что есть, его неприятие.

Мы чувствуем многие формы этого ада, когда наблюдаем ум и тело. И именно здесь
мы встречаем демонов своего нетерпенья, своей жадности, своего неведенья;
демонов привязанности к представлению о том, что де есть некто, подлежащий
просветлению; демонов нашей привязанности даже к знанию и ясности, которые после
хорошего занятия медитацией затрудняют способность выносить сутолоку, шум и
тяготы этой изменчивой жизни. Демоны - это не шум; демоны - это наше отвращение
к шуму. Демоны - это не нетерпенье; демоны - это наша привязанность, наше
отвращение, наше нетерпенье по отношению к своему нетерпенью.

Когда вы способны принять неудобство, такая способность позволяет вам установить
равновесие ума. Подобная сдача, подобное освобождение от желания быть иным,
нежели то, что мы есть в этот самый момент, - и есть то, что освобождает нас от
ада. Когда мы видим в уме сопротивление, неподвижность, скуку, беспокойство...
это и есть медитация. Часто мы думаем: "Я не в состоянии медитировать, я
беспокоен... я не могу медитировать, я утомлен... я не могу медитировать, у меня
на носу муха..." Это и есть медитация. Медитация не в том, чтобы исчезнуть в
свете. Медитация - это видеть все то, что мы такое.

Если мы видим это беспокойство - "я
беспокоен", тогда оно становится проблемой; мы на него смотрим, как на проблему;
сделали его своей проблемой. Беспокойство есть всего лишь еще одна сторона нашей
природы; то, что мы говорим: это - "наше" беспокойство.

Один дзэнский наставник говорит: "Если вы думаете так, то так; если вы думаете
не так, то не так". Если мы думаем, что демоны реальны и это наш хлам, тогда
демоны реальны и это наш хлам. Если мы думаем, что эти демоны - всего лишь
клочья дыма, тогда мы способны избавиться от них без усилий, одним дуновением.


Когда мы видим, что поток - это то, что есть, когда мы становимся этим
потоком, - не становимся "кем-то", кто наблюдает, но просто будем, будем без
имени, будем находиться здесь без всякой личности, - тогда нет ни демона, ни
Будды, а просто существуют вещи, каковы они есть, каждая из них совершенна по-
своему. Мы обнаруживаем, что пока существует какая-то часть нас самих, которую
мы не принимаем, мы не освободимся от ада и не пробьемся сквозь все явления,
гипнотизирующие нас удовольствием и страданием - сквозь все эти мысли о себе,
сквозь все отождествление с телом, с восприятиями, с состояниями сознания. Эти
аспекты нельзя увидеть отчетливо до тех пор, пока мы не примем все таким, каково
оно есть, с большой долей самоприятия и сострадания. Как часто мы находились в
аду своего представления: "Я рад, что никто не знает, о чем я думаю!" И все же
как раз в этот момент возникает возможность прозрения в то, как мы проявляем
себя в мире, в то, что удерживает внутренний мир отдельным от внешнего, что
создает небеса и ад. Когда вы можете просто увидеть помысел, освободиться от
помысла и осторожно вернуться к дыханию, к данному моменту, сделать это мягко и
без осуждения, - тогда, в это самое время, в это мгновенье, внутренний и внешний
мир сливаются воедино.

Когда мы вступаем в этот поток, когда начинают распадаться мифы о себе, когда
они начинают становиться менее ощутимыми, может зародиться страх. Мы воображаем,
что вот-вот исчезнем в пустоте, и поражаемся: "Что же тогда действительно
происходит? Что реально? Я хотел потерять "я", потерять свою отделенность, хотел
открыть свое сердце; а сейчас я боюсь, что здесь нет никого, кто контролирует
происходящее. Что мне теперь делать? Все вышло из-под контроля". Но дело здесь
не столько в том, что из-под контроля выходит и проявляет непредсказуемость
поток, сколько в том, что он недоступен для некоторого воображаемого "я" и
вместо этого оказывается совершенным развертыванием запутанных законов причины и
следствия, законов кармы.

Пытаясь контролировать неконтролируемое, мы создаем ад. И когда он начинает
отпадать, проявляется робость "я". Это "я" говорит: "Э, нет, я существую". Но
то, что мы были и как существовали - по нашему мнению - не существует в таком
виде, и это нас пугает. Это новое переживание - тоже просто "бытность". Мы
видим, как появляются эмоции, как они проплывают в пустоте; и мы вспоминаем, что
эта пустота - как раз то, что мы есть. Мы переживаем прохождение помысла через
эту пустоту и хотим узнать, что происходит; но этот интерес отмечается, как
всего лишь еще один пузырь, проплывающий в открытом просторе, который мы так
долго принимали за твердое, драгоценное "я". И мы устремляемся за чем-то
прочным, мы опять хватаемся за сомнение или страх; мы создаем демона, чтобы он
убеждал нас в нашей реальности. Личность, "я", говорит: "Я не могу оставить все,
я должен быть реальным; мне нельзя быть обманутым". Сомнение отталкивает поток,
отталкивает мудрость и непривязанность, рассеивающие ад.

Мы воображаем, что выход вещей из-под контроля - это ад; но когда пережиты
открытость и легкость естественного течения, когда все мысли и чувства окажутся
в равной степени поглощены в процессе, мы будем освобождены от отождествления,
которое создает "кого-то", чтобы страдать. Ад становится только еще одной
мимолетной идеей, обладающей не большей реальностью или субстанциальностью, чем
та, которую мы ей приписывали.

_________________
Не важно, что написано. Важно, как понято.
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение Посетить сайт автора
Показать сообщения:   
Начать новую тему   Ответить на тему
Страница 510 из 518 На страницу Пред.  1, 2, 3 ... 509, 510, 511 ... 516, 517, 518  След.

Мир Психологии

Главная | О проекте | Баннерообмен | Реклама на сайте
Обратная связь | Копирайт | Партнерство | Баннеры

Psychology 100 Rambler's Top100

Powered by phpBB © 2001-2003 phpBB Group | Время Московское